Психопатка моя, Украина... (Ёкарныбабаев)
Одинокой, подраненой птицей,
Колят глаз три твоих острия.
Что ни век, то меняешь границы,
Что ни год, то меняешь царя.
Что ни праздник - то горькая пьянка,
Что ни речь - то султану письмо.
По-привычке болит, спозаранку,
То, чем думать уже не дано.
Что ни правда, то злая обида,
Что ни ложь, то сосед виноват.
И кругла потрясений орбита,
И квадратен всё терпящий зад.
Цель одна: дотянуть бы до пира,
Чтоб холерой чуму исцелить.
И задача - найти бы кумира,
И проблема - его обелить.
Гайдамаки коней оседлают
И опять, как уж было не раз,
Ради веры, один порубает,
А другой, жабы ради, предаст.
Ювелиров, врачей, брадобреев
Обменяв на жратву и покой,
В Бабий Яр скопом гонят евреев,
С криком «швыдше» ведут на убой
И теперь ты, на этих могилах,
Пиво пьёшь, расстелив половик.
Ах, страна моя, в чём твоя сила?
Ах, народ мой, ну в чём ты велик?
Где найдёшь ты теперь виноватых,
Чем докажешь свою правоту,
Если дети красавцев чубатых
Оправляют у Лавры нужду.
Если вновь полицайские кепи
Украшают глумливый оскал,
Если горы насилуют степи,
Поднимая за веру бокал.
А Ему всё равно и едино -
Церкви, скиты, костёлы, кирхи...
Психопатка моя, Украина,
Замоли атаманов грехи!
СОЦИАЛИЗМ БЕЗ ЯРЛЫКОВ: БЕЛОРУССИЯ
БЕЛАРУСЬ ГЛАЗАМИ МОСКВИЧАГода три-четыре назад мой товарищ путешествовал по Белоруссии на мотоцикле, а потом в Интернете выложил свои впечатления, — очень, надо сказать наглядные. Приведу их в сокращенном варианте: «Из чего складывается настроение и внутреннее состояние человека? В общем-то, из мелочей. Я не беру форс-мажорные вещи, типа аварий, преступлений, терактов и т.п. Как проходит среднестатистическое утро среднестатистического россиянина? Проснулся утром, выкашлял смог, умылся, поел, оделся. Вышел из квартиры в загаженный, воняющий мочой подъезд; на размалеванном лифте доехал вниз и оказался в засранном собаками и людьми дворе… Спустился в заляпанное безвкусной, навязчивой рекламой и набитое воняющими бомжами метро; сошел на нужной станции; прошел мимо стройки, где за ржавыми воротами строится очередной «элитный» супердом для «новых» русских; мимо рассыпающейся детской музыкальной школы. Купил в ларьке у самодовольной уродливой азербайджанки «Золотую Яву» (принадлежащую Phillip Morris inc, Virginia, USA). Встретил товарища, узнал, что школа, в которой когда-то учились, теперь армянская. Перешел через подземный переход, набитый нищими и дагестанскими торгашами, обогнав тоскливо бредущую сгорбленную старуху в драном пальто. Зашел на работу, почитал новости про то, как президент любезничает с американцами, которые постепенно окружают Россию «кольцом враждебности» и что «Норильский Никель» продан англичанам. Увидел в окно, как на «Гелендвагене» подъехал Альви Мамедович — директор, и понял, что работать совсем не хочется. Хочется немножко вредить. Хотя вроде как ничего лично не коснулось. Так. Мелочи. Знакомо?
А часом позже проснулся белорус. Вдохнул чистый воздух, поел, умылся. Вышел в небогатый, но опрятный подъезд, съехал вниз на не новом, но чистом лифте. Поздоровался с соседями-белорусами, прошел по прибранному, аккуратному двору. На новом комфортабельном автобусе Минского АвтоЗавода добрался до чистого метро, скользнул взглядом по проецирующейся специальным проектором на чистую стену станции ненавязчивой рекламе. Перешел по чистому подземному переходу; у красивой, улыбчивой белоруски в ларьке купил пачку «Золотого Минска» гродненской табачной фабрики. Прошел через ухоженный, чистый парк мимо стройки, где реставрируется оперный театр, заглянул через плечо седого представительного ветерана, в строгом костюме сидевшего на чистой лавочке и читавшего газету. Выхватил фразу, что Буш грозит Беларуси санкциями, сжал кулаки, стиснул зубы и сел за руль МАЗа — РАБОТАТЬ! Завидно?
Я сразу понял, что въехал в Беларусь, когда с обочин исчезли старые покрышки, мятые бочки, ржавые остовы машин, кучи мусора, пластиковые бутылки, разрушенные дома и заброшенные фермы. Точнее, ферма нарисовалась почти сразу. Вполне целая и ухоженная. Я глубоко вздохнул и приготовился к газовой атаке в виде запаха навоза. А мне в лицо пахнуло… молоком!.. Знаете, такой забытый-забытый запах из детства — сено, чистая, добродушная буренка в уютном коровнике и банка парного молока перед самым лицом…Нигде я не встречал такого количества радушных и улыбчивых лиц, никогда я не видел такого количества людей, так искренне желающих помочь и так легко идущих на контакт.… Ехал не торопясь, останавливаясь по любому поводу и старался как можно больше разговаривать с людьми.
Как-то стою на обочине, подходит ко мне крестьянин. Ну, типичный такой крестьянин. Галоши на босу ногу. Пыльные брюки. Рубашка неясного цвета и фасона. Загорелое, обветренное лицо. Большие ладони в грубых мозолях. Кто был в деревне — знает такой типаж. Отличий от нашего крестьянина я увидел только два – мобильник на поясе и трезвый. Разговорились. Сначала классика: «сколько стоит, жрёт и прёт, куда, откуда и т. д.».
«Эх, — говорит — я тоже всю жизнь мечтал о мотоцикле. Но три штуки баксов — дороговато. Жена, дети, строиться начал вот… Штуку то баксов я могу за год отложить, чтобы съездить-отдохнуть, а вот три — это, конечно, для меня неподъемно». Я, признаться, дар речи потерял. Крестьянин в ста километрах от Минска может отложить штуку баксов, каково, а? Потом в Минске мне сказали, что мол «не совсем простой крестьянин тебе попался, не всяк у нас так может», но, ребята, может же! И видно, что человек РАБОТАЕТ. Не крадет, не перепродает, а РАБОТАЕТ. По рукам видно, по одежде. Что ж плохого в том, что тот, кто работает лучше других и зарабатывает лучше других? Это же классно! Помните формулу социализма по Марксу? «От каждого — по способностям, каждому — по труду»; вот она эта формула в Беларуси – работает. Сразу вспомнилось, как на границе другой белорус на приличном микроавтобусе Фольксваген сказал мне: «Хорошо то у нас хорошо, да Бацька мало грошей платит. Мне троих детей учить надо — вот езжу в Польшу, товар вожу. Езжай до Минска, там тебе минчане подробно расскажут о наших трудностях». Я тогда не нашелся, что ему ответить. А потом сообразил. Поискал его, да не нашел. Вдруг кто-то из его детей прочтет это, пусть передаст отцу — родной ты мой брат славянин, а я НЕ МОГУ позволить себе троих детей. Даже одного не могу себе позволить в моей стране. Ты даже не понимаешь, какой ты счастливый человек.
В целом статистика такова: я переговорил примерно с 15 людьми. Разными. Погранцы, ГАИшники, охранники со стоянки, горничные в гостиницах, бармены, истопники, крестьяне, студенты, водители, в общем, простые люди. Из 15 недовольны трое. Так что— нет, не подделывал Бацька результаты выборов.
Краткая выжимка из разговоров с разными людьми.
«— Почему у вас бензин хороший?
— Бацька следит. Бывает, — переодевается в колхозника и на заправку с канистрой.
— Почему у вас нет хачей?
— Бацька не пускает. «Работайте у себя дома» говорит. А мы тут — сами.
— Почему у вас так чисто?
— Бацька, если что, даёт по лбу губернаторам и мэрам.
— Почему у вас машины уступают дорогу пешеходам?
— Бацька издал указ и тряханул ГАИшное начальство.
— Почему у вас так много красивых девушек?
— Бацька не дает вывозить (смеется). А меня и не тянет как то. [Уезжать]. Отвечала девушка.
— Почему у вас все кругом ваше? Автобусы, грузовики, троллейбусы и т. д.?
— В тяжелые времена Бацька не дал разворовать заводы, поддержал их дотациями, а теперь они переоборудовались и делают вполне конкурентоспособные вещи.
— Почему ваш крестьянин может отложить штуку баксов?
— А-а-а, он, видать, с усадьбы. Ну… фермер, короче. Бацька издал указ о поддержке фермеров и сельского туризма. В Заречанах был? Очень рекомендую.
— Почему у вас такие достойные старики?
— Бацька заботится.
— Тебе то тут как вообще?
— Хи! На днях один «гигант мысли» с Украины пытался доказать мне, что я живу в тоталитарном государстве, что мои права и свободы нарушаются… (веселый смех). Придурок из страны Баунти.
— Откуда?
— А… это нашу «оппозицию» так называют. Ну, те 150 идиотов, что на площади после выборов палаточный городок ставили. Их в принципе не трогали, пока они там гадить не начали. Тогда прогнали. Бедненькие. Им по 200 долларов обещали, а заплатили только по 20, да и то не всем».
Да, Беларусь беднее Австрии. Но Австрия не воевала хрен знает сколько лет. У Австрии нет внешнего врага, постоянно ставящего палки в колеса. Население Австрии не было уничтожено на 50 % во время войны. Легко быть здоровым и красивым, когда тебе в этом не мешают. А быть здоровым и красивым в окружении врагов — подвиг. А может потому и получается у них так, что Бацька, выходец из крестьян, не занимается словоблудием, не лукавит, не врет народу и не гнет спину перед иностранцами?
Отзыв знакомой, ездившей с мужем в Минск в этом году: «…По-прежнему отсутствуют: бомжи, цыгане, лица кавказской национальности, гламурные голые барышни в штанах на лобке, миллионы народа в метро, дикие пробки на дорогах, наглые пешеходы, бешеные водители, картон в колбасе, картон в хлебе, картон в молоке, полиэстр во всех шмотках, китайское барахло во всех магазинах, шоколад без какао — и прочие ежедневные нормы московской жизни.
Оппозиционно настроенные граждане уверяют, что в связи с кризисом белорусский народ начал голодать. Я желаю переехать в Минск и голодать вместе с белорусским народом. Желаю есть такой хлеб, такое молоко, такое мясо — и что там еще едят белорусские голодающие, а здесь не достанешь ни за какие деньги». Причем семья далеко не бедная — просто действительно качество белорусских продуктов куда выше среднестатистического. Сам покупаю исключительно белорусскую тушенку и стараюсь брать белорусскую сметану.
Впечатление от автомобилиста: «Проехав по аццкой тоталитарной Беларуси, стонущей под гнетом кровавого диктатора, порядка 2000 километров, нам не удалось обнаружить ни одного (еще раз: НИ ОДНОГО) стационарного поста ГАИ. Даже на въезде в Минск и на выезде из него. Интересно, — они вообще там есть? Стоящие у дороги экипажи ДПС за все время пути встретились 2 (прописью: ДВА) раза. Интересующиеся могут проехать 2000 километров по свободной демократической РФ в произвольном направлении и посчитать количество откормленных продавцов полосатых палочек. Ездят все местные очень приятно, то есть по правилам— в городе 50, на трассе 90, впрочем, нас предупреждали, что правила там лучше не нарушать».
Или вот: «Там же, в метро, изучил плакат о приеме на работу в милицию - требуется отсутствие компрометирующей информации на родственников соискателя, помимо всего прочего. Это существенно. Белорусский милиционер заметно отличается от российского милиционера подвида «мусор». За все пребывание в Белоруссии не встретил ни одного милиционера, который мне бы чем-нибудь не понравился. Это подтянутые крепкие мужчины со здоровым и доброжелательным выражением лица.
В Белоруссии чисто, нет засилия рекламы, палаток с хотдогами, курящих на улице людей, мусора под ногами и «чурок». Спиртное и пиво продают строго с 8 до 23, что хорошо. Продукты подешевле наших (нет кучи жадных посредников, используются наценочные категории), качество выше».
НЕ МОЖЕТ ЖЕ ВСЕМ НРАВИТЬСЯ!
Разумеется, ничто не может нравиться абсолютно всем. Но как то так получается, что претензии Белоруссии предъявляются несколько специфические… Пожалуй, самой наглядной иллюстрацией можно назвать пост в Live Journal некоего Martin Torp: «Ночь с субботы на воскресенье я провел в Минске в гей-клубе на концерте группы «Смысловые галлюцинации»… Собственно, весь Минск является одной сплошной смысловой галлюцинацией — и не нужны больше никакие концерты. Мне сложно рассказывать там о своих поездках, когда абсолютное большинство населения столицы в лучшем случае отправляются в отпуск в Крым - причем не на поезде, а на автобусе, потому что так на пять долларов дешевле. Мне сложно рассказывать о своих впечатлениях от виденных мной за последний год диктатур в этом городе, где президент на вопрос тележурналиста о выборах в следующем году не стесняясь, отвечает: «Куда вы денетесь — выберете». Дословно.
Я приезжаю в Минск пару раз в год и вижу, как страна проваливается в колхоз. И когда что-то поменяется, надо будет, в первую очередь, вытягивать людей из этого колхоза. Вчера в семь утра я пил кофе и смотрел в это время программу белорусского телевидения «Земля людей». Там рассказывали о кормовой базе — с графиками и цифрами о сборе льна в тоннах и почему скот лучше ест кукурузу, чем ячмень. Потом был сюжет о стародорожских животноводах и новом агрогородке Снов. Глава государства, как председатель колхоза, ездит и делает выволочки тем, кто неровно кладет плинтусы, и лично проверяет, пролезает ли рука в щель между стеной и потолком. И страна идет именно туда, куда он лезет руками.
В ночных клубах три четверти публики выглядят так, что их никогда не пустят ни в один приличный московский клуб (и я говорю не об «Осени», а, скажем, о «Пропаганде»). В одной из четырех-пяти приличных кофеен на весь двухмиллионный Минск на вопрос, похож ли их творожный торт на чизкейк, официантка ответила с вызовом: «Я не знаю, что такое чизкейк». О группе Coldplay, например, знает не каждый ди-джей популярных FM-радиостанций (проверено).
Мне кажется, очень точно о теперешнем состоянии этой страны говорит одна вещь. В центре Минска оказалось совсем непросто купить цветы. Привыкнув к цветочным палаткам на каждом втором перекрестке, я долго пытался найти хоть одну в субботу днем в районе площади Победы. Государственный магазин «Цветы» был закрыт «на сандень». Это город, в котором люди не покупают цветы. И от одного этого становится страшно».
Нет, тут дело совсем не в гей-клубе. Впрочем, отмечу, что автор потом жаловался еще и на то, что де означенный клуб функционирует без вывески. С моей точки зрения – это как раз демократично: кому надо — найдет, а вот пропагандировать такое место — однозначно против воли большинства.
Показательны именно претензии: мол, как это — глава государства лично проверяет чью то работу? Как это – по телевизору показывают передачу про урожай, а не выступление каких нибудь «Малоосмысленных глюков» в каком нибудь клубе трансвеститов? Как можно не знать группу, которую всем положено знать? А уж чизкейк — это да. Я, кстати, тоже не в курсе, что это такое - понятно, что какой то десерт с сыром, и ладно. И группу Coldplay первый раз услышал, как и про «Галлюцинации». А еще, если хотите знать, ел я эту вашу фуа-гра ради интереса — и не понравилось, слишком жирно. Видимо, я тоже колхозник.
Ну и про цветы — давайте с Москвой сравним. Тут, если кто не в курсе – киоски с цветами чуть ли не в каждом квартале. Круглосуточные. С бешеными ценами. При этом, что характерно, купленные цветы не стоят даже сутки — увядают и осыпаются. Ну и? Дарить такое и себя не уважать, и одариваемую. Еще несколько типичных претензий.
«Цены, не соответствующие уровню зарплат» - можно подумать, они в РФ у всех соответствуют.
«Монополизация государством всех крупных предприятий (даже коммерческих)» — жуть то какая! Особенно в сочетании с «непомерные налоги для непроизводителей». Какие сволочи эти белорусы — о производителях заботятся, а спекулировать по крупному не дают!
«Закрытие белорусских лицеев, белорусская речь (правильная и красивая) на улице — это что-то сродни чуду». Был я в Минске еще во времена СССР — картина была той же самой. Белорусский диалект играл свою естественную роль «народного говора», а в основном использовался русский литературный язык. Так, собственно, и должно быть — белорусы, малороссы и великороссы составляют единую русскую нацию и агитировать за насильственное насаждение белорусского языка не более логично, чем, скажем, сибирского говора в РФ. Ситуация с «сучасной укрмовой» в соседней Украине — отдельная грустная история, берущая начало с еще царских времен, когда «украинский язык» создавали искусственно, причем далеко не всегда украинцы…
ОППОЗИЦИЯ
…Глава белорусского государства сообщил, что недавно ознакомился с предложениями оппозиции по преодолению кризисных явлений в белорусской экономике. «Читаю и думаю: где эти люди живут? Предлагают заводы приватизировать, порезать, землю раздать…». Говоря о действиях оппозиции, президент также добавил, что «им кто то подбрасывает идею и они начинают «плявузгаць». Вот эта позиция нашей вшивой оппозиции. Никакая она не оппозиция. Это пятая колонна, враги белорусского народа. Я это ответственно заявляю», — подчеркнул глава государства. — «Они готовы продаться любому, чтобы только свернуть голову Лукашенко, вскочить в кресло самим и разбомбить страну. Этого не получится, пока я жив. Сегодня дестабилизировать обстановку в Беларуси никому не удастся».
Первым о денежных проблемах оппозиции публично заявил заместитель главы партии «Белорусский народный фронт» Виктор Ивашкевич, который пожаловался, что из-за сокращения финансовой поддержки из-за границы у партии возникли сложности с оплатой аренды офиса. Также он сказал, что имеется недостаточно средств и на изготовление агитационных материалов накануне акций протеста и активистам оппозиции отныне предлагается приходить на демонстрации с собственными флагами и плакатами.
«Зарубежные фонды, которые занимаются поддержкой демократии, не помогают белорусским демократическим силам. Дело в том, что мы критикуем тех европейских политиков, которые ведут беспринципные переговоры с режимом, им это не нравится, и они воздействуют на фонды», — рассказал «Времени новостей» Виктор Ивашкевич.
Дело в том, что значительная часть белорусских оппозиционеров не поддерживают переговоры между Минском и Западом. По их мнению, Евросоюз слишком спешит с развитием диалога, не дожидаясь демократических реформ в Белоруссии. Переводя с политического на русский — очень хотелось бы состричь купоны на посредничестве, а – облом-с. Но самое главное в том, что белорусское законодательство запрещает иностранное финансирование политической деятельности. Нам бы такой закон!
Нельзя не порадоваться за белорусов и в вопросе «цветных революций». Кто ими руководит? Не, я не про заказчиков спектакля — тут все ясно и понятно. Кукловоды — кто? Вспомните, в чьих интересах проходили разноцветные перевороты как в Европе (Чехословакия, Венгрия, Прибалтика), так и на Украине, в Грузии и т. д. Закономерность видна четко — в результате выигрывала свежеобразованная пока еще национальная прослойка капиталистов спекулянтов (а не производственников — в конце концов Генри Форд был отнюдь не пролетарием). В основном — бывшая номенклатура (слегка разбавленная «цеховиками»), которая ловко переключала административный ресурс на личное обогащение. Под вывеской демократии всегда скрывалась цель экономическая, а не политическая. Конечно, в «переворотах» принимала участие и интеллигенция (куда же без нее), и просто любители побузить, не отягощенные мозгами. Но они — всего лишь куклы, не имеющие никакого отношения к административному или хозяйственному ресурсу…
АРМИЯ
Разговаривая о народном государстве, нельзя обойти стороной вопрос обороны. В самом деле – какой смысл в завоеваниях государства, если его легко завоевать?
«За последние 13 или 15 лет армия преодолела период упадка, встала с колен, стала во весь рост и вышла сегодня на уровень почти 100 процентной боевой готовности».
«С Беларусью сегодня иметь дело через мушку прицела очень опасно, смертельно опасно», - заявил глава государства. По его словам, проведенное учение является «фактором большого сдерживания». «Такого огня, наверное, противник Беларуси не хотел бы испытать».
«Сегодня мы следуем за временем, мы видим, как изменяется обстановка, мы прогнозируем, что будет дальше. И, в соответствии с этим, — проводим учение так, как не дай Бог, пришлось бы воевать», - заявил Президент.
Когда Советский Союз развалился, Белоруссии отошел бывший приграничный округ - первый эшелон усиления передовых группировок в Европе. Белорусы же не просто сохранили полученное, но модернизировали и преобразовали в действительно боеспособную армию.
По оценке Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI, Великобритания), сделанной еще в 2002 году, Белоруссия по своему военному потенциалу занимает 41 место (из 164) в мире. По тому же показателю она на третьем месте среди стран СНГ после России (2 место в общемировом списке, на 1 — США) и Украины (21). Впрочем, что то я сомневаюсь в соответствии места реальному положению дел на Украине,… но не будем отвлекаться. Далеко позади Белоруссия оставила все страны бывшего Варшавского договора, кроме Польши (30 место), а также некоторые европейские государства.
Белорусские лейтенанты по окончании академии или вуза из армии не разбегаются (как в России), а видят перспективы для своего дальнейшего служебного роста. При этом генеральские погоны получить весьма проблематично: даже находясь на генеральской должности нужно не один год доказывать, что ты достоин присвоения соответствующего звания. В отличие от России, ношение военной формы в РБ — престижно. При этом средний возраст офицера вооруженных сил Белоруссии составляет 33,5 года. Армия Беларуси — молодая и «зубастая». Сейчас же в сотрудничестве с Россией Белоруссия собирается производить ракетные комплексы «Искандер», «Тор» и «Тополь».
Очень показательная история была в эфире «Радио Свободы» в 2006 году. У некоего активиста БНФ (оппозиционная партия местечкового антирусского национализма) по возрасту наступило время призыва. Все в курсе, как стремятся загрести призывников в РФ? Сравните: «Почти каждую неделю навещал военкомат. Говорил с представителями различных военных частей. Со мной беседовали десантники из Витебска, спецназовцы из Марьиной Горки, пограничники, танкисты… Все они отказывались меня брать из за моей партийности. При мне пограничник звонил товарищу и спрашивал: что со мной делать? Ответ я услышал на отдалении. Тот кричал: «Нет! Ни в коем случае!» Наконец мне и еще одному парню, который стоит на учете в психдиспансере, сказали, что мы родине не нужны и не достойны служить в белорусских войсках». Именно так и есть— тот, кто идет против народной власти, не достоин служить в армии и должен состоять на учете в психдиспансере. России бы такую власть и такую армию… И нельзя забывать, что Белоруссия — это передовой заслон для России в случае очередного Drung nach Osten.
ПОЧЕМУ МНЕ НРАВИТСЯ ЛУКАШЕНКО?
Не буду оригинальничать — процитирую подборку от Имперскiй Репортеръ.
Потому, что в Белоруссии нет гайдаров, чубайсов, ходорковских и абрамовичей.
Потому, что на белорусском телевидении нет ксюшисобчак и «Самолета президента».
Потому, что единственный гей-парад, который может состояться в Минске — это пара сотня майдаунов после выборов на Октябрьской площади.
Потому, что разнообразные Подрабинеки при Батьке сидят там, где им и положено — у параши, а не в правозащитных фондах.
Потому, что Белоруссия не стремиться в ВТО.
Потому, что Батька не собирается завозить десять миллионов Трудолюбивых Мигрантов™.
Потому, что Батька единственный, кто принял несколько тысяч русских людей, бежавших из азиатских республик.
Потому, что в белорусских кафе официантки не знают, что такое «чизкейк» (про это я писал выше; история широко разошлась по интернету, да).
Потому, что Батьке плевать, что происходит с его счетами в Швейцарии и на Кайманах, за отсутствием таковых счетов.
Потому, что Батьке накласть на мнение Прогрессивной Мировой Общественности и Самой Демократической Страны Мира.
Потому, что Батька развивает свой технопотенциал, а не закупает за нефть западные технологии. В демократической россиянии (не путать с Россией) Эффективным Собственникам™ это не интересно, им выгоднее менять ресурсы на сникерсы, а вот в ужасной тоталитарной Белоруссии применяются разработки, оставляющие Запад позади.
Потому, что белорусские карьерные самосвалы без всякого рыночного либерализма вытесняют с рынка «Катерпиллеры».
Потому, что при отсутствии ресурсов Белоруссия демонстрирует рекордный рост ВВП. И не надо про реэкспорт газа. Грузию и Украину мы кормили энергоносителями очень долго, и ничего похожего. И никаких кредитов Батька тоже не видел. Однако же…
Потому, что Белоруссия единственная не прогнулась под Новый Мировой Порядок, а, как и 60 лет назад, успешно партизанит.
Потому, что я могу быть уверен, что при Батьке натовских радаров на территории Белоруссии не будет.
Потому, что ни одна западная [cenzored] не скомандует Батьке, какие ракеты и подлодки ему пилить, а какие оставить догнивать.
Потому, что любая гнида, любящая повякать про «неизбывную вину русских перед всем человечеством», быстро оказывается с крепко заткнутым хлебалом.
Потому, что в Минске чистые улицы, без оберток от тампаксов и табунов нищих, бомжей и цыган.
Потому, что в Белоруссии ставят памятники Сталину (я сначала усомнился, но памятник Сталину действительно существует: бюст расположен в городской Аллее памятников города Свислочь Гродненской области Беларуси).
Этого достаточно? Мне да.
ПРИМЕЧАНИЕ
Для любителей демагогии и тому подобных деятелей.
Спецназ России №8-2009
Код ссылки:
Особенности национального антисемитизма
Однажды под окнами посольства Израиля в Украине стоял мужчина средних лет, лысый, с простым открытым лицом и массивной челюстью мордоворота. Одет он был в тяжелые полувоенные ботинки и брюки на подтяжках. В руках мужчина держал плакат с надписью: «Требую разрыва дипломатических отношений с Израилем!!!»Время от времени мужчина подносил ко рту мегафон и громко кричал на прохожих:
- МИД Израиля нагло вмешивается во внутренние дела Украины!.. Требую разрыва дипломатических отношений между Украиной и Израилем!.. Пусть израильская власть занимается сотнями тысяч палестинцев!.. Шолом!..
Посол Израиля как раз приехал на работу, остановился около лысого, послушал и тут же позвонил в милицию:
- Алло, это милиция? Из израильского посольства вам звонят… А я не по поводу бегемотов! Здесь у нас скинхед у входа. Антисемитизмом занимается. Публично! Ведет себя вызывающе…
- Аааа, это не скинхед! – улыбнулись на другом конце провода. – Это мэр Ужгорода, кандидат в президенты Украины Сергей Ратушняк. Ему – можно. У него и справка есть…
- То есть как это, можно!? – возмутился посол Израиля, но милиция уже повесила трубку.
В этот момент к посольству со своим плакатом подошел кандидат в президенты Украины, лидер партии «Свобода» Олег Тягныбок. Он с удивлением уставился на Ратушняка, прочитал его плакат и спросил:
- А ты кто такой, чтобы воровать мои предвыборные лозунги?
- Я – патриот Украины! Шолом! – гордо прокричал в мегафон Ратушняк.
- Опаньки! А я тогда кто!? – опешил Тягныбок.
- Не знаю! Москаль, або жидок обнаглевший! Шолом! – пожал плечами Ратушняк. Тягныбок от такой наглости уронил челюсть и в немом удивлении посмотрел на посла Израиля. Тот пожаловался Тягныбоку:
- Видите, что творится, молодой человек? Стоит здесь и агитирует против Израиля!
- Это не я против Израиля, это Израиль против меня! Шолом! Я – жертва мирового сионизма! Они хотят, чтобы меня сняли с президентской гонки. – ответил в мегафон Ратушняк.
- Вот оно что!? – понял Тягныбок, обратившись к послу Израиля. – Так что же вы, в самом деле, товарищи евреи!? Активнее надо! Чтобы сегодня же его сняли! А то он у меня всех избирателей переманит! Вы вот что – не разменивайтесь на милицию, а жалуйтесь сразу в ЮНЕСКО.
- Куда!? – удивился посол.
- В ЮНЕСКО! – настойчиво повторил Тягныбок. – А то понаехали всякие из Закарпатья, развели здесь антисемитизм, понимаешь! Конкуренцию устраивают! Вы, господин посол, составьте петицию, а я тоже подпишу.
Посол тут же стал набрасывать петицию в ЮНЕСКО, а Тягныбок подсказывал и поправлял. Время от времени они вдвоем косились на Ратушняка и зловеще хихикали. А Ратушняк только ежился и все кричал, кричал в мегафон…
ПРЭЛЕСТНО...
МЕЖДУНАРОДНОЕ ТРОЦКИСТСКОЕ ДВИЖЕНИЕ: ПОПЫТКА ОБЗОРА
Шесть лет советской истории 1985-1991, называемые «перестройкой», вызвали в обществе всплеск острого интереса к своему прошлому и к самым различным общественно-политическим течениям. Значительное место среди них занимает троцкизм. Эта тема не может пожаловаться на отсутствие внимания со стороны советских историков: начиная с 1920-х гг сотни их дисциплинированно повторяли традиционные проклятия по адресу «злейшего врага ленинизма». Особо стоит отметить Н.А.Васецкого, которому удалось, «оседлав» тему троцкизма, превратиться едва ли не в главного отечественного троцковеда или, точнее сказать, «троцкоеда». В многочисленных книгах, брошюрах статьях 1970-1990-х гг он на все лады, но с непременными цитатами из Брежнева, Андропова, Черненко, Горбачева склоняет Троцкого и троцкизм. Однако по интересующей нас теме – обзор международного троцкизма - как выяснил автор, соответствующие пассажи Васецкого [1] почти дословно списаны из солидной монографии М.Басманова. Книга последнего, если отбросить традиционную риторику 1970-х, является довольно ценным источником, с богатым фактажом и проработанной градацией. Но основными источниками являются издания и материалы самих троцкистов, накопившиеся в личном архиве автора за 10 лет общения с их международными центрами.
После высылки из СССР в 1929 началась третья эмиграция Л.Д.Троцкого. Первоначально он не считал свое движение отличным от марксизма, называя своих сторонников «левой оппозицией». Первая «Предконференция», собравшая 6 апреля 1930 в Париже представителей 7 стран, приняла заявление о нерасколе и курсе на создание левых фракций внутри компартий. Вторая «Предконференция», собравшая уже делегатов от 11 стран (Париж, февраль 1933), потребовала немедленного созыва Конгресса Коминтерна для обсуждения положения в Германии. Реакции со стороны сталинского руководства не последовало. После прихода к власти Гитлера, чему, как небезосновательно полагал Троцкий, способствовала раскольническая политика Сталина, было принято решение о полном крахе Коминтерна и необходимости строительства нового, Четвертого Интернационала. Августовский 1933 Пленум левой оппозиции оформил ее как Лигу коммунистов-интернационалистов и принял «Резолюцию о необходимости нового Интернационала» («Заявление четырех»). В июле 1936 в Париже была созвана уже полномочная «Конференция», а 3 сентября 1938 в местечке Периньи прошел Учредительный Конгресс (21 делегат из 11 стран). Официального отчетного доклада не было, ибо готовивший его политсекретарь Рудольф Клемент накануне исчез (был похищен и убит НКВД). 4 Интернационал был создан как «мировая партия социалистической революции», хотя тогда в мире насчитывалось не более 4000 его сторонников. В настоящее время, как признает и Васецкий, троцкистское движение насчитывает гораздо больше – около 100 000 человек более, чем в 60 странах [3]. В некоторых странах, например во Франции, на выборах за троцкистов голосует до 1 млн чел.
Крупнейшей секцией 4 Интернационала (2000 ч.) первоначально была Социалистическая Рабочая партия США во главе с Д.Кенноном, одним из организаторов компартии, перешедшего к троцкистам после 6 Конгресса Коминтерна [4]. После заключения советско-германского пакта и советско-финской войны 1939 в СРП возникла фракция Д.Бернама-М.Шахтмана-М.Эберна, требовавшая отказа от тезиса «безусловной защиты СССР». Троцкий отказался это сделать, заявив: «Марксисты не изменяют свое определение сущности советского государства во имя мести за последнее преступление бюрократии» [5]. Эта отколовшаяся группа во главе с Джозефом Картером положила начало «третьему лагерю», декларировавшему свой негативизм равно к капиталистическому Западу и к сталинистскому СССР. Вопрос о соотношении и границе между защитой СССР и борьбой с его сталинистским руководством повис тяжелым камнем на шее всего последующего троцкистского движения.
В годы 2 Мировой войны вследствие тяжелых репрессий со стороны гитлеровцев и сталинистов численность троцкистов сократилась, но они активно участвовали в Сопротивлении. Американские троцкисты нанимались на ленд-лизные рейсы в Мурманск, чтобы распространять в СССР «Бюллетень оппозиции» (не менее 7 человек погибли). Немецкие троцкисты из Союза коммунистов-интернационалистов издавали во Франции нелегальную газету «Рабочий и солдат», призывая солдат вермахта к братанию. Ее редактор Мартин Монат (Виделин) был убит гестапо в 1944. В нацистских лагерях погибли французский троцкист Марсель Хик, итальянец Пьетро Трессо (Бласко), бельгиец Абрам Леон [6]. Во время войны образовалось два центра: американский «Международный секретариат» и европейский «Секретариат 4 Интернационала», созданный на подпольной конференции в Париже в феврале 1944 [2].
В 1946 прошел 1 Всемирный съезд, избравший Исполком и Международный Секретариат, но в Интернационале нарастал кризис. Первое поколение троцкистов было выбито войной, а среди новых членов распространялся ревизионизм. В 1950 генеральный секретарь Мишель Пабло (Раптис) провозгласил программу 4 Интернационала устаревшей из-за новых мировых реалий (появления восточноевропейских рабочих государств). Тогда же от Интернационала откололась британская группа Тони Клиффа, основавшего «государственно-капиталистическое» течение. На 3 Всемирном съезде (август 1951) Пабло дал указание троцкистам входить в компартии для оказания левого давления на их сталинистское руководство (тактика «энтризма») и начал исключать несогласных (французская секция и британская группа Теда Гранта). В таких условиях возник первый раскол [21]. 16.11.1953 в американской газете «Тhe Militant» появилось «Открытое письмо» Д.Кеннона, призвавшего к исключению паблоистов. На Парижской конференции был учрежден МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОМИТЕТ 4 ИНТЕРНАЦИОНАЛА. Это ортодоксальное крыло. Ведущей секцией являлась СРП США, но после хрущевских реформ и Кубинской революции она склонилась к союзу с паблоистами и в июне 1963 ушла к ним. После этого ведущая роль перешла к британской секции во главе с Джерри Хили. 6 съезд МКЧИ (май 1975) решил провести программу «Безопасность и 4 Интернационал», вскрывшую связи ряда троцкистских деятелей (в частности, национального секретаря Рабочей Лиги США Тима Волфорта) со спецслужбами. Другие течения осудили МКЧИ за шпиономанию. В конце 1970-х МКЧИ выступил в поддержку режимов Каддафи в Ливии, Хуссейна в Ираке, Хомейни в Иране и был обвинен в получении «арабских денег». Исключение Д.Хили, кризис и раскол Революционной Рабочей партии (британская секция МКЧИ) в 1985-86 привел к переходу лидерства к американской Рабочей лиге (национальный секретарь Дэвид Норт). С ноября 1989 МКЧИ пытался наладить работу в СССР (визиты Д.Норта, П.Шварца, Н.Бимса и др.) В мае 1992 возникло Челябинское бюро МКЧИ во главе с В.Волковым. 25-28 февраля 1993 ими в Киеве был организован Международный семинар, выходил русскоязычный «Бюллетень Четвертого Интернационала» (7 номеров в 1989-93).
Продолжал существовать и Международный секретариат 4 Интернационала во главе с Пабло, базировавшийся в Париже. Поддержав хрущевские реформы и Кубинскую революцию, он все более склонялся к «своеобразному левацкому реформизму». После присоединения к нему в 1963 СРП было принято название ОБЪЕДИНЕННЫЙ СЕКРЕТАРИАТ, возглавил его бельгиец Эрнест Мандель (Джермейн). ОСЧИ неоднократно выступал за поддержку троцкистскими секциями местных левобуржуазных партий и правительств (на Цейлоне в 1964, в Чили в 1967, в Боливии в 1971 [7]). 9 конгресс ОСЧИ (апрель 1969, Римини) принял решение об отказе от «энтризма». Мандель поддержал «перестройку – кульминацию идей Троцкого», в 1989 выпустил книгу, восхвалявшую Горбачева, а его коллега Тарик Али – книгу, посвященную Ельцину. Осенью 1991 журнал ОСЧИ «International Viewpoint» выступил в поддержку империалистической интервенции в Югославию и осудил сербский шовинизм, забыв о хорватском [8]. То же самое повторилось в 1999 («Rouge» 1.4.1999). В последнее время ОСЧИ пребывает в упадке: в европейских секциях растут разногласия, а латиноамериканские во главе с Нагуэлем Морено (Брессано) в 1979 отошли от ОСЧИ, а в 1987 создали самостоятельную ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНУЮ ЛИГУ ТРУДЯЩИХСЯ, действующую в континентальном масштабе [9]. Правда век мореноизма оказался недолог: лидер вскоре умер, его партия Аргентинское Движение за Социализм пришла в упадок. Крах мореноизма был признан на континентальных форумах в Сан-Паулу (1990) и Мехико (1991) [10].
Кроме ИЛТ здесь с 1962 действовал ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРИАТ 4 ИНТЕРНАЦИОНАЛА во главе с аргентинским троцкистом Хуаном Посадасом (Кристали). Помимо континента (секции в Бразилии, Перу, Уругвае и др.) ИСЧИ имел организации в Европе (Англия, Франция, ФРГ и др.), всего 19 секций к 1972, имелось также Арабское бюро, издававшее «Марксистский журнал» и газету на арабском языке. Здесь был очень силен культ личности ее лидера-основателя, которого ставили в один ряд с классиками: «Надо развивать принципы наших учителей Маркса, Энгельса, Ленина, Троцкого и товарища Посадаса»[11], поэтому после его смерти в 1981 ИСЧИ пребывает в упадке.
Британские троцкисты Клифф Слотер, Саймон Пирани и др. после раскола РРП инициировали в 1989 организацию Подготовительного комитета для воссоздания 4 Интернационала. 14-15 апреля 1990 на Будапештской конференции ПК переименовали в РАБОЧИЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛ, который в августе 1990 организовал в Москве конференцию, посвященную 50-летию со дня убийства Троцкого и ставшую первым легальным собранием троцкистов в СССР. Возникший в 1991 Социалистический Рабочий Союз (секретарь Алексей Гусев) присоединился к РИ. 14.4.1991 на конференции в Лондоне РИ учредил Международную Комиссию профсоюзной солидарности, которая признала слотеровскую теорию «ретрогрессионизма» [12] и выдвинула лозунг «реконструкции 4 Интернационала через восстановление рабочего движения». 15-16.8.1992 в Москве прошла 2 конференция МКПС, учредившая Московское бюро, работающее в контакте с Лондонским комитетом [13]. 6.8.1993 С.Пирани приезжал в Донецк на переговоры с местным стачкомом. РИ имеет секции в 15 странах Европы [14], хотя ведущая секция (британская РРП) в 1996 самораспустилась.
В 1962 от французских манделистов откололась группа Пьера Ламберта (наст.фам. Буссель). В мае 1969 они отошли и от МКЧИ. В 1971 ламбертисты учредили международную «Троцкистскую организацию за реконструкцию 4 Интернационала». Ее секции имеются в Англии, Франции, ФРГ и др. Они считают себя ортодоксами и критикуют ОСЧИ за ревизионизм, в 1992 провели в России рабочую конференцию «Против приватизации»[22].
На Объединительном Конгрессе 1963 выделилось «меньшинство» во главе с Пабло, которое в ноябре 1965 оформилось как Марксистско-Революционнная тенденция 4 Интернационала. Ведущая секция – Марксистско-Революционный альянс Франции, организации существуют в Англии, Бельгии, ФРГ [15].
Возникшая в СРП США левая оппозиция, исключенная в 1963-64, вскоре размежевалась на Рабочую лигу (секция МКЧИ) и сторонников Джеймса Робертсона (Фостера). Последние связались со своими сторонниками в Англии, Германии, Новой Зеландии и создали новое объединение: Интернациональную Спартаковскую тенденцию. В июле 1974 прошла 1 конференция (50 делегатов из 8 стран), принявшая Декларацию об официальном учреждении ИСТ. Видимо, на этом основании Васецкий ошибочно утверждает, что ИСТ возникла в 1970-е гг. На самом деле, ее истоки – в движении «новых левых» 1960-х гг. ИСТ, преобразовавшаяся 13.5.1989 в ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНУЮ КОММУНИСТИЧЕСКУЮ ЛИГУ (4 Интернационал), была известна как постоянная защитница СССР. В 1977 спартаковцы осудили «просионистское движение диссидентов» на примере отказника Щаранского; в 1980 поддержали ввод Советских войск в Афганистан как «социальный прогресс… для нищенского феодального государства» и ссылку Сахарова; в 1981 – меры Ярузельского по ликвидации контрреволюции «Солидарности»[16]. Троцкистская лига (немецкая секция ИКЛ) вместе с СЕПГ 3.1.1990 организовала массовую демонстрацию протеста против вылазки неофашистов, осквернивших мемориал в Трептов-парке. ИКЛ осудила горбачевскую «перестройку», выпустившую на свободу дикий национализм: армяно-азербайджанский конфликт, прокапиталистический национализм, типа литовского «Саюдиса» и украинского «Руха», которым противостоит «Интердвижение» из русскоязычных рабочих; осуждает также русский национал-фашизм «Памяти», указывая на их контакты с Ельциным еще в 1986 [17]. Московские спартаковцы поддержали ГКЧП в 1991 и выступление Руцкого-Хасбулатова в 1993. В 1990-93 здесь вышло 4 номера русскоязычного «Бюллетеня Спартаковцев», продолжается выход «Приложений к БС» (16 номеров к 2000 г.) Убийство в 1992 в Москве руководителя группы М.Филлипс, объявление о высылке с Украины в 1995 четырех активистов, пытавшихся создать секцию ИКЛ в Киеве, внутренний кризис в руководстве ИКЛ в 1996 привели к сворачиванию их деятельности в СНГ. В 1997 прошла 3 Международная конференция ИКЛ, принявшая новую «Декларацию Принципов». В апреле 1999 ИКЛ резко осудила агрессию США/ООН/НАТО против Сербии [18].
«МИЛИТАНТ» - международное сообщество групп во главе с британской организацией «Мilitant». Первоначальное ядро составила группа Т.Гранта. Являлась левой фракцией в Лейбористской партии, потом исключена. В 1990-е инициировала создание Комитета за Рабочий Интернационал, секциями которого стали «Боевые звенья» Бельгии, «Революционный социализм» Бразилии, организации в Великобритании, Нигерии, СНГ, Индии, Португалии, Швеции, Японии, Ирландии [19], также в Греции, ФРГ, всего в 35 странах [20]. В 1999 участвовали в выборах Европарламента.
Подводя итоги, заметим, что всплеск активности начала 1990-х гг, когда развал социалистического лагеря открыл троцкистам обширное поле деятельности, в настоящее время спал, ибо вполне «озападненный» современный троцкизм плохо приживается на перепаханном сталинщиной отечественном грунте. Массового наплыва в ряды троцкистского движения не наблюдается, хотя отдельные организации и печатные органы существуют и действуют, унаследовав от «отцов-основателей» врожденный порок: фракционную раздробленность и вытекающую отсюда малочисленность. Таким образом, в этой части политического спектра страны СНГ уже вполне сравнялись с Европой.
ЛИТЕРАТУРА
1.Васецкий Н.А. В конфликте с эпохой.-М.,1985.-С.34-35; его же От революционной фразы к безрассудному авантюризму.-М.,1986.-С.99-100.
2.Басманов М. В обозе реакции: троцкизм 30-70-х годов.-М.,1979.-С.88.
3.Васецкий Н.А. Троцкий.-М., 1992.-С.313.
4.Выступление Д.Норта в Киеве 26.2.1993.
5.Бюллетень 4 Интернационала (далее БЧИ).-№5 (сентябрь 1991).-С.84-85.
6.Бюллетень спартаковцев (далее БС).-№1 (1990).-С.38-39.
7.Fourth International.- Volume 15.-№2-4.-1988.-Р.22-23.
8.БЧИ.- №6 (июль 1992).-С.10.
9.Выступление П.Шварца в Киеве 27.2.1993.
10.БС.-№4 (1993).-С.43.
11.Басманов М.Указ.соч.-С.126-127.
12.Международный профактивист.-№1 (1992).-С.4-5.
13.Там же.-№2.-С.6.
14.Выступление С.Пирани в Донецке 6.8.1993.
15.Басманов М.Указ.соч.-С.121-123.
16.БС.-№3.-С.40; БС.-№4.-С.8; Приложение к БС от 11.4.1991.
17.БС.-№3.-С.46; БС.-№4.-С.14-16.
18.Приложение к БС.-№16 (апрель 2000).
19.Левый авангард.-1999.-№35, №36.
20.Письмо О.Верника автору от 21.12.1999.
21.Интернационал.-№4 (1993).-С.28-29.
22.Там же.-№5 (1993).-С.32.
(2002)
В январе 2003 исполнилось 85 лет первому и последнему в России Учредительному Собранию. В период "перестройки" этот эпизод был очень популярен в исторической публицистике как "альтернатива большевистскому перевороту''. Множество "демократических" СМИ бесконечно фантазировали на тему: а если бы… Напомним, что по итогам голосования, прошедшего в ноябре 1917, большинство получила партия социалистов-революционеров - 45,5%. Некоторые источники, правда, прибавляют сюда и национальных эсеров, доводя цифру до 58%. Большевики получили 25%, меньшевики более 2%, национальные партии около 12%, кадеты (основная партия буржуазии) - 4,7%. В общем, явная победа социалистических сил. Историк В.Булдаков отмечал, что позиции "националов" оказались довольно слабыми - большинство населения предпочло голосовать за общероссийские партии. На Украине, правда, самой популярной оказалась партия украинских эсеров, завоевавшая 52% голосов. Русские эсеры взяли 25%, большевики -10%. Многомиллионная масса крестьян, впервые получивших право голоса и неискушенных в политических хитросплетениях, голосовала за эсеровскую программу уравнительного распределения помещичьих земель. Напомним, что эта программа была реализована первым же декретом Советского правительства - "Декретом о земле" 9.11.1917, текст которого и составлен был эсерами. Распространенное утверждение о "большевистском Совнаркоме" не вполне соответствует действительности: уже во второй его состав в ноябре вошли и левые эсеры. Так что до июля 1918 СНК являлся коалиционным правительством. Н.И.Махно, например, в своих мемуарах говоря о СНК, всякий раз старательно выписывает: "большевистско-лево-эсеровское правительство".
Поскольку единственное заседание "Учредилки", состоявшееся 18 января 1918, было распущено Советским правительством, при СССР эта тема не пользовалась особым вниманием. Также никто до сих пор не пытался проанализировать итоги выборов по регионам. А ведь последние правильные демократические выборы в стране - самый объективный показатель настроений в обществе (до массированных избирательных фальсификации тогда еще не додумались). Вашему вниманию предлагается итоги голосования по Донецко-Криворожскому бассейну, буквально по крупицам собранные автором еще в период работы над диссертацией. По некоторым пунктам данные в источниках разнятся, поэтому указываются оба варианта, через дробь. В случае их отсутствия ставится прочерк.
Легко заметить, что большевики везде крепко держат первое место. Особенно ярко их превосходство заметно в Центральном Донбассе: Луганск - 48 %, Юзовка - 47 %. Второе место более-менее стабильно занимают эсеры. На северных и западных окраинах Донбасса, более украинизированных, ситуация несколько иная, ввиду выдвижения большого количества национальных списков. Для удобства они объединены, поэтому следует учитывать, что "РСДРП(б)" везде шла отдельным списком, "украинцы" это украинские эсеры, УСДРП и "Селянська Спилка" вместе взятые, в колонке "евреи" - общие данные "Бунда", "Поалей-Циона", СЕРП (Социалистическая еврейская рабочая партия) и др. Однако даже здесь украинцы добирались максимум до третьего (как в Екатеринославе, ныне Днепропетровск) или до второго места (как в Александровске, ныне Запорожье). В коренном же промышленном Донбассе рудники Нелеповка (ныне город Артемово Донецкой области), Байрак давали украинцам полный ноль. Правда, когда к промышленному центру плюсуется сельскохозяйственная округа, как, например, Луганск-Славяносербский уезд, - сразу наблюдается скачок симпатий к украинским партиям.
Отметим, что именно Славяносербский (центр современной Луганской области) и Бахмутский (север Донецкой области) уезды составили территорию первой Донецкой губернии, сформированной в феврале 1919. Границы ее неоднократно менялись, сначала б сторону увеличения (присоединение Старобельщины, Мариупольщины, части Донской области), потом уменьшения (Таганрожчина отошла в состав РСФСР). В 1938 она была разделена на Сталинскую (ныне Донецкую) и Ворошиловградскую (ныне Луганскую) области.
Статьи принято завершать подытоживающими выводами. Итак, если взять общие результаты выборов во Всероссийское Учредительное Собрание по Харькову, Екатеринославу, Луганску, Юзовке, Бахмутскому и Славяносербскому уездам, то, по подсчетам И.Рыбалки, из 577010 голосов большевики получили 186534 (32,3%), меньшевики 30890 (5,4%), русские эсеры 107917 (18,7%), украинские партии 132604 (23%). Таким образом, в Учредительном собрании Дон-Кривбасса большинство мест было бы стабильно у большевиков.
ИТОГИ ВЫБОРОВ В УЧРЕДИТЕЛЬНОЕ СОБРАНИЕ
ПО ДОНЕЦКО-КРИВОРОЖСКОМУ БАССЕЙНУ
| | РСДРП (больш.) | РСДРП (меньш.) | ПСР (эсеры) | Национальные партии | Всего голосов | |||
| украинцы | евреи | немцы | ||||||
| ЕКАТЕРИНОСЛАВ | 20849 | 4601 | 6627 | 12950 | 18472 | 553 | 78965/79142 | |
| Воинский участок №3 (отдельный) | 591 | 22 | 172 | 298 | 13 | 2 | 1215 | |
| АЛЕКСАНДРОВСК | 1892 | 370 | 368 | 1308 | 318 | 316 | 7481 | |
| ХАРЬКОВ | 27336 | 7295/7357 | 16519 | 17 | 6505 | 1725 | 98150 | |
| Новый Люботин | 845 | 67 | 655 | 0 | 2 | 1 | 2106 | |
| Чугуев | 964 | 123 | 411 | 0 | 190 | 3 | 2106 | |
| Старая Основа | 291 | 63 | 210 | 0 | 2 | 29 | 1035 | |
| Новая Основа | 458 | 117 | 965 | 0 | 7 | 74 | 1512 | |
| РУДНИКИ ДОНБАССА: | | | | | | | | |
| Нелеповка | 1673 | 6 | 13 | 0 | 0 | 0 | | |
| Щербиновка | 3175 | 0/10 | 430 | 102 | 0 | 0 | | |
| Северный | 1446/1146 | 8 | 90 | 24 | 0 | 0 | | |
| Угольный | 1573 | 7 | 103 | 177 | 0 | 0 | | |
| Ртутный | 1365 | 6 | 126 | 356 | 0 | 0 | | |
| № 5 НРО | 1503 | 12 | 661/666 | 205 | 0 | 0 | | |
| № 1 Горловка | 4740 | 313 | 515/615 | 25 | 0 | 0 | | |
| Байрак | 1600 | 0 | 0 | 0 | 0 | 0 | | |
| Завод РО (Ветка) | 1105 | 76 | 903 | 26 | - | - | 2175 | |
| Екатеринодонский | 1356 | Вместе 56 | - | - | - | 1900 | ||
| ЮЗОВКА | ≈9000 | ≈1000 | ≈2000 | - | - | - | 19987 | |
| ЛУГАНСК | 11345 | 1710 | 2003 | 2122 | - | - | 23500/23651 | |
| Славяносербский уезд | 56000 | 4800 | 27000 | 42000 | - | - | 148000 / 149680 | |
(2003)
Автомат Калашникова: интересные факты об АК-47 в картинках
Автомат Калашникова образца 1947 года (АК-47) - самое распространённое оружие в мире, об этом свидетельствует книга рекордов Гинесса.
Автомат Калашникова используется в государственной символике некоторых стран:
- на гербе и флаге Мозамбика
- на гербе Зимбабве
- в гербе Буркина Фасо автомат Калашникова присутствовал с 1984 по 1997 годы.
- с 2007 года используется в гербе Восточного Тимора.
Автомат Калашникова изображён на эмблеме группировки "Хезболла".
Бен Ладен, в своих видеозаписях, частенько появляется на фоне АК.
Существует проект строительства 30-этажного конгресс-центра «Калашников» на Ижевском водохранилище.
В Египте, на берегу Синайского полуострова воздвигнут памятник автомату Калашникова.
У бывшего главы Ирака Саддама Хусейна, американские солдаты нашли позолоченный АК.
В Афганистане, образ автомата вышивают на ковриках
Можно приобрести АК-47 в гламурном исполнении - это и приятный меховой приклад, и розовое покрытие всех металлических частей, и памятные надписи на цевье.
Центробанк России в преддверии 450-летнего юбилея вхождения Удмуртии в состав России выпустил юбилейные монеты с изображением автомата Калашникова, с номиналом 100 руб.
К 60-летию легендарного оружия монетный двор Новой Зеландии отчеканил монеты с гравировкой АК-47, достоинством в два новозеландских доллара.
Рок-музыканты заказывают гитары в виде корпуса АК-47
Британская компания AudioBooksForFree.Com создала плеер AK-MP3, выполненный в виде магазина для автомата Калашникова.
Существует возможность упиться водкой "Калашников"
Пишет elesin (</a></b></a>![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} elesin) |
Пока еще город не жуток,
Пока еще все-таки ночь,
Последних берут проституток
И едут куда-нибудь прочь.
Остоженка спит и Плющиха,
Темно у Никитских ворот.
Пока еще в городе тихо,
Пока не открыли метро.
Пока еще люди не встали
И пусто пока в голове,
Тяжелой походкою Сталин
Идет, не спеша, по Москве.
Он вылез из теплой могилы,
Что возле кремлевской стены.
Гулять, как не раз уже было,
Бродить, чтоб не мучили сны.
Идет он, а сон не приходит.
И мается он до утра.
И вдруг вспоминает Володю,
И даже решает: пора.
Аллея меняет аллею,
Бульвары от страха дрожат,
А Сталин идет к Мавзолею,
Как будто идет на парад.
Движенья упруги и четки.
Дома поубавили спесь.
И все, а не только Высотки,
Уже отдают ему честь.
Затравленно ветер полощет
Трехцветный колчаковский флаг.
А Сталин выходит на площадь,
И все беспощаднее шаг.
Вчера было, видимо, рано,
А завтра - метаться поздняк.
И у Мавзолея охраны
Давно уже нету - ништяк.
Ништяк, пацаны коммунисты.
Иосиф идет к Ильичу.
А в горнице тихо и чисто.
Давайте задуем свечу.
А то ее ветер задует
Кровавых гнилых перемен.
И Ленина Сталин целует,
И уши краснеют у стен.
Хотя им краснеть ежедневно
Пора бы от оргий и зла.
Царевич целует Царевну.
И встала Царевна, пошла.
Когда-нибудь наша держава
Увидит хоть что-то опричь
Кромешников. Гордою павой
Царевна Владимир Ильич
Идет из тоски Мавзолея
На Красную площадь, спеша.
Прекрасные планы лелея
И воздухом свежим дыша.
Оковы, разбив и отбросив,
Картавя слегка, говорит:
«Идем же со мною, Иосиф!
Какой удивительный вид!»
А вид удивителен, верно:
Москва, и свежа и пуста,
Лежит головой Олоферна
У злобного Храма Христа.
Заплакали Вождь и Учитель.
А, может быть, наоборот.
Какой же он к черту Спаситель?
Зачем ему русский народ?
Кто знает? Насупились гневно.
Молчат, покорившись беде.
Царевич! Не надо Царевну
Будить никогда и нигде.
Идут они, слабо шатаясь,
А тут уже утро взошло.
И вот в кафетерии «Аист»
Я им наливаю бухло.
Стоят они, Вождь и Учитель,
А, может быть, наоборот.
И скоро уже в вытрезвитель
Их добрый наряд отвезет.
Там будут милиционеры
Хамить им и двинут под зад.
Вот так господа офицеры
За белую кровь отомстят.
Миф об украинском казачестве.
Со сказками о «хороших казаках» пора покончить
25.09.09
Ярослав Бутаков, АПН
В нынешнем году мы имели возможность лицезреть первую экранизацию знаменитой повести Н.В. Гоголя «Тарас Бульба». Фильм, несомненно, сделан на высоком уровне — в плане как художественном, так и соответствия своему классическому литературному прототипу. Но именно последнее обстоятельство наводит на определённые размышления. Ведь получается-то, что фильм продолжает и поддерживает абсолютно неисторическую картину, нарисованную Гоголем в героической повести о запорожских казаках.
Так бы, наверное, и остались днепровские казаки в тени Большой Истории, если бы великий литератор не создал их идеализированный образ. И вот уже больше полутора столетий наше массовое сознание следует не за историческими фактами, а за мифом, которому придаёт живучести авторитет писателя.
Когда я говорю о неисторичности, даже антиисторичности повести (а заодно и фильма) «Тарас Бульба», я не имею ввиду, что описанные в нём события никак не могли происходить в XV веке, как то обозначено Гоголем. И не то, что в XV столетии табака в Европе не знали. Днепровское казачество известно не ранее конца XV века, Запорожская Сечь складывается только в середине XVI столетия, а первое выступление казаков против польских властей и церковной унии — это поход атамана Наливайко в 1595 году. Первые же мощные походы казаков против Польши происходят не прежде второй четверти XVII века. Но, в сущности, точная хронология не так уж важна для литературного произведения. События, подобные которым могли произойти не ранее XVII столетия, фантазия писателя отнесла на два века раньше — хотя бы потому, что нет в хрониках этого века такого казацкого предводителя, как Тарас Бульба. Это вполне допустимый приём.
Но вот что действительно искажает историческую реальность — так это созданный Гоголем образ запорожцев как сознательных борцов за православную веру и русскую народность против поляков, а заодно и против крымских татар. Этот образ ни в малейшей степени не отвечает фактам.
Разберёмся с этим поподробнее. И здесь нашу точку зрения подкрепит, как ни странно, сам создатель украинского исторического мифа Михаил Грушевский, построивший этот миф как раз на истории казачества.
Вот что он пишет о выходе казаков на арену внутренней политики Речи Посполитой: «Предводителем первой большой казацкой войны был казацкий атаман Криштоф Коссинский [явно польское имя — Я.Б.]. За свои заслуги он получил от сейма в 1590 году вместе с несколькими другими выдающимися казачьими вождями поместье на р.Роси, но Януш Острожский, бывший белоцерковским старостой, или, точнее, его наместник, захватил эти земли и присоединил к староству, доказывая, что они принадлежали к нему. Коссинский, раздражённый этим, собрал казаков и напал на Белую Церковь, разграбил и забрал имущество князя Острожского и его наместника, подстроившего это дело, разгромил также и другие замки Острожских, забрал пушки и засел с ними в трипольском замке. Король поручил это дело комиссарам — разным местным магнатам, чтобы они своими силами усмирили казаков. Но казаки в повиновении отказали, приготовились к вооружённому сопротивлению, и комиссары не отважились вступить с ними в бой и отступили. Казаки после этого продолжали свои нападения, захватывая замки, находившиеся во владении Острожских и других магнатов, задиравшихся с казаками; завоевали Киев, Переяслав и другие города. Завладев почти всем Киевским воеводством, они перешли затем на Волынь, подчиняя своей власти города, принуждая помещиков признавать власть казацкой администрации над их поместьями и подданными, доставлять припасы войску и не препятствовать желающим отдаваться под власть казацкую и записываться в казаки. Князь Василий-Константин Острожский с сыновьями и другие магнаты, опасаясь, что казачество их разорит вконец, начали готовиться к войне своими средствами: польское правительство не хотело их выручать, рассерженное противодействием в вопросе об унии, и им приходилось самим о себе заботиться. Они наняли войска в Галиции и в Венгрии, собрали волынскую шляхту и с этими силами им удалось разбить Коссинского под местечком Пяткой. Казаки обещали возвратить захваченные пушки и другие артиллерийские снаряды, сместить с гетманства Коссинского и оставить панов в покое. Но возвратившись на Запорожье, казаки сейчас же начали собираться снова с силами и весной 1593 года опять двинулись на волость — на этот раз на Черкассы. Они хотели посчитаться с князем Вишневецким, вмешавшимся в предыдущую кампанию и вообще досадившего казакам…».
Итак, что мы видим? Первая война запорожских казаков на территории Речи Посполитой — это война против известного ревнителя Православия и просветителя князя Острожского. Наместник в Черкассах князь Вишневецкий, о котором идёт речь, по-видимому, отец известного Иеремии Михаила Вишневецкого, создателя «Вишневетчины» — крупного феодального владения в Поднепровье. Сам Иеремия Михаил стал католиком, но про его отца известно, что он был ревностным православным. Нетрудно догадаться также, что объектами казацких грабежей становились простые селяне и мещане Украины. А социальная природа войны под предводительством Коссинского — феодальная междоусобица, хотя Коссинский и предстаёт как вождь голытьбы. В те времена отдельные выходцы из феодального класса, стремясь улучшить своё положение, часто использовали в своих интересах движения низов и даже возглавляли их. Причём мы видим междоусобицу внутри православного населения Украины. Польская королевская власть тут не играет никакой роли и даже предпочитает не вмешиваться.
Но, быть может, впоследствии характер казацкого движения изменился, и казаки действительно становятся «за веру и народность»? Ничуть не бывало. Следующее выступление — под предводительством Наливайко — впервые показывающее некоторые признаки конфессионального, происходило, по описанию Грушевского, так: «Польское правительство… послало объявить казакам, чтобы они не трогали больше Молдавии, а воевали бы с татарами. Но казаки к войне с татарами не имели в это время расположения, и когда польское правительство вызвало их из Молдавии, они отправились на отдых во внутренние области. Это было осенью 1595 года. Возвратившись на Украину, Наливайко прошёл на Волынь и подступил к Луцку во время ярмарки… Перепуганные мещане и шляхта выехали ему навстречу и заявили готовность заплатить ему выкуп с тем, чтобы он не трогал города, но Наливайко не удовольствовался этой контрибуцией и всё-таки разграбил предместья. Затем прошёл на Белую Русь, взял Слуцкий замок, забрал оттуда артиллерию, а мещанам велел заплатить большой выкуп (10 тысяч золотых). Оттуда двинулся далее, захватывая что попадалось по дороге и собирая добычу и контрибуцию; разгромил Могилёв, крупный город в те времена, а когда после всего этого собралось против него литовское войско, Наливайко, обладая большой артиллерией, в полном порядке отступил обратно на Волынь. Одновременно низовое войско, хотя и более скромно, хозяйничало в киевских землях, на Полесье, а когда Наливайко вышел на Волынь, пустилось тоже на Белую Русь. При этом, вмешиваясь в различные панские ссоры и наезды,… наливайковцы и низовцы помогали православным панам, князю Острожскому и другим, сводить счёты с противниками православных, униатскими епископами и их приверженцами…».
В этом движении классовые мотивы явно перевешивают национальные. Православное «лыцарство» грабит православное же население. Но это не движение низов против богатых классов. Оно имеет все признаки грабительских набегов, экстренных экспроприаций, часто практиковавшихся феодалами в Средневековье в отношении городов. На периферии государственной территории Речи Посполитой из деклассированного элемента складывается прослойка, стоящая вне гражданского общества, но пытающаяся утвердить себя в феодальной иерархии на высоком уровне, встать вровень с господствующим классом, добывающая для этого средства путём прямого присвоения прибавочного продукта — вот и вся сущность казацкого движения в это время.
Национально-религиозная идея развивалась в это время совсем в другой среде — в среде православной части шляхетства и в мещанстве, силами магнатов-просветителей (вроде Острожского, Ходкевича и др.) и православных братств, основанных в крупных городах (таких, как Львов и Вильно). Казачество этим общественным силам не только чуждо, но и прямо враждебно.
Днепровские казаки приняли самое активное участие в событиях Смутного времени Русского государства в начале XVII века, грабя и опустошая Московию, верно служа польскому королю. Грушевский не без удовольствия отмечает: «По словам Жолкевского, под Смоленск, когда его осаждал король, пришло 30 тысяч казаков и затем ещё прибывали новые отряды, а другой очевидец насчитывает всего казачества, бродившего в ту зиму в московских землях, свыше сорока тысяч».
Для Грушевского это свидетельство того, что украинские казаки осознавали себя народом, отличным от «москалей», и, судя по всему, создатель украинского мифа в данном случае абсолютно прав. Но столь же очевидно, что казаки не отождествляли себя и с трудовым земледельческим и торгово-ремесленным населением самой Украины, которое, при всех казацких выступлениях, первое становилось их жертвой.
Казаки, стремясь стать вровень со шляхтой, усваивали понятия и привычки этого класса, и простые мещане и селяне Украины становились для них «быдлом», грабить и притеснять которое — не грех. Социальная психология казачества в это время — психология бандитов с их презрительным отношением к «фраерам».
Но, быть может, великий писатель был прав в том, что казаки были непримиримыми врагами басурман, то есть крымских татар и турок? Ведь правда, что запорожцы часто ходили разорять и Крым, и даже турецкие берега, переплывая всё Чёрное море. Но также правда и то, что время от времени казаки заключали союзы с Крымским ханством и даже отдавались ему в подданство. Так, в 1624 году они заключили, как мы бы сказали сейчас, «договор о дружбе и взаимопомощи» с крымским ханом Шахин-гиреем.
Грушевский так оценивает его значение: «Казаки полагались на прочность и крепость этого союза с Крымской Ордой и надеялись опереться на него в тяжёлую минуту — не только в войнах с Турцией, но и в недалёкой, судя по всему, войне с Польшей».
Крымские отряды были в войске Богдана Хмельницкого, и хотя и предали его в решающий момент под Зборовым, тем не менее Хмельницкий, одновременно с переговорами о московском подданстве, вёл и переговоры о подданстве крымском и даже, как теперь установлено, тайно принял его. На верность крымскому хану присягнул и гетман Выговский.
Конотопская битва 1659 года, про которую предтеча украинского мифотворчества Николай Костомаров честно написал, что она «была явлением случайным, не имевшим никаких прочных последствий», но которое ныне стало ядром украинского мифа, была выиграна силами крымской орды (после чего та принялась грабить и опустошать Украину). Так что казаки смело вступали в союзы с магометанами против православных, если это отвечало их сиюминутной выгоде.
Именно мещанство и селянство Украины, особенно первое, стало той силой, которая сподвигнула верхушку казачества принять подданство Москвы, а впоследствии, когда казаки от союза с Россией отреклись и вновь зафлиртовали с Польшей, Швецией и Крымом, способствовало утверждению московской власти и закреплению Левобережной Украины за Россией. Именно оно всегда тянуло к Москве, «под православного царя», тогда как казачья старшина играла в самостийность и пускалась во все тяжкие. Как признавал тот же Костомаров, «дело Выговского оказалось непрочным не от московских войск, а от народного несочувствия».
Общая вера — Православие — нисколько не препятствовала изменам казачьей верхушки союзу с Россией. Сам хрестоматийный предатель — Иван Мазепа — был известен как глубоко благочестивый православный человек. Он истратил много средств, как из казны гетманства, так и личных, на ремонт и благолепие православных храмов и монастырей Украины, в первую очередь — Киево-Печерской лавры. На многих церковных сооружениях Украины красовались гербы Мазепы, сбитые затем по приказу Петра I, но заботливо восстановленные нынешними самостийниками. Всё это не мешало Мазепе быть приверженным идее самостийности и стать изменником.
Самосознание, основанное на региональных особенностях Западной Украины, Галиции, стало фундаментом строительства отдельной «украинской нации» и основой для украинского исторического мифа только в ХХ веке, в особенности после Второй мировой войны. Изначально же украинский миф базировался на приукрашенной истории казачества. Генетически именно казачество, выделившееся в отдельное сословие на протяжении XVI-XVII вв., стремившееся стать новым шляхетством, являлось источником самостийной идеологии. От него исходили все сепаратистские поползновения на Украине. И недаром в конце XVIII века Екатерина II выселила то, что осталось (после ухода большей части казаков в Турцию, в подданство султана) от Запорожского войска, на Кубань.
Однако зараза сепаратизма не была изжита. Ведь бывшая казацкая старшина уже сделалась дворянством Российской империи, и, хотя не оставила мечты о самостийности, временно мирилась с господством России, поскольку получила такие феодальные права, о которых и не могла мечтать, пока была под властью Речи Посполитой.
Сейчас часто можно услышать, что насаждению украинского самосознания на основе галицийской субэтнической идентичности, которое активно проводится руководством Украины, следует противопоставить иную украинскую идентичность — на малороссийской основе. Под Малороссией тут обычно разумеют Поднепровье — Киевскую, Полтавскую, Черниговскую области (кстати, территория Руси, как её понимали веке в XII-м). Однако к этому необходимо сделать существенную поправку: это должна быть идентичность, взывающая к исторической памяти гражданских классов, то есть мещан и (в меньшей степени) селян. Но ни в коем случае не казачества, которое всегда было источником антироссийских настроений и интриг.
Созданный Гоголем антиисторический миф о казачестве, преданном русской национальной и религиозной идее, должен быть безжалостно разрушен. Необходимо настойчиво показывать, что казачество всегда было враждебно и российской государственности, и народу Украины, тогда как именно последний твёрдо стоял за единство с Россией.
Иначе миф о казачестве вновь и вновь будет подниматься на щит сторонниками самостийности, видящими в бесконечном вихлянии казаков от одного подданства к другому, в их нескончаемых изменах России, в их грабительских набегах на мирных тружеников Украины проявление «борьбы за украинскую независимость».
Руська правда 30.09.2009
Ну и напоследок – напоминание, чтобы не повторять:
http://yadocent.livejournal.com/25235.ht
Переяславская рада в украинофильсках путах казакоманских мифов
ПРЕДАТЕЛЬСТВО ИЛИ НА СТРАЖЕ ИНТЕРЕСОВ КАЗАЦКОЙ СТАРШИНЫ
После Пилявской катастрофы для Хмельницкого была открыта дорога на Варшаву. Повсеместная резня панов и ксендзов в Польше вызвала ужас и оцепенение. Народ требовал кончать ляхов. «Но тут выяснилась разница между чаяниями народа и устремлениями казачества. Повторилось, то, что наблюдалось во всех предыдущих восстаниях, руководимых казаками: циничное предательство мужиков во имя специально казачьих интересов» (по Н. Ульянову). Хмельницкий, сам крупный землевладелец, как и вся старшина, пошел против желания русских православных крестьян, жителей Малороссии.
Более того, «он вступил в переговоры с поляками насчет избрания короля, послал на сейм представителей, дал торжественное обещание повиноваться приказам нового главы государства и в самом деле прекратил войну и отступил к Киеву по первому требованию Яна Казимира».
Но холопов ждал другой удар. В своем универсале к дворянам Богдан выражал пожелание, чтобы те «жили с ними (холопами – авт.) в мире и содержали их в своей милости» (Н. Костомаров «Богдан Хмельницкий»). Измена продолжалась и при новом столкновении с Польшей, в 1649 году. Когда крестьянская армия под Зборовом наголову разбила королевское войско, Хмельницкий не допустил пленения короля, но и преклонил перед ним колени и заключил договор, по которому Малороссия по-прежнему оставалась под польской властью, а об отмене крепостного права не было сказано ни слова. Зато казачество возносилось на небывалую высоту. Заветный список реестра увеличивался до 40 тысяч человек, старшина получила право владеть «ранговыми маетностями» и становилась на путь постепенного превращения в «лыцарей».
КАЗАЦКАЯ СТАРШИНА: ОРИЕНТАЦИЯ НА ПОЛЬШУ
«Никакой идеи о «незалежности» не было, а была лишь идея перехода из одного подданства в другое, а именно под руку русского царя. Но жила она в простом народе, непричастном ни к государственной, ни к общественной жизни». Все руководство сосредоточивалось в руках казачьей аристократии. А эта не думала ни о независимости, ни об отделении от Польши. Ее усилия как раз направлялись на то, чтобы удержать Малороссию под Польшей, а крестьян под панами, любой ценой. Себе самой она мечтала получить вожделенное панство, какового некоторые добились уже в 1649 году после Зборовского мира. Богдан и его приспешники, «борцы» против крепостной крепостной неволи, заботники народные, постоянно твердили одно и то же: «Нехай кождый з своего тишится, нехай кождый своего глядит – казак своих вольностей, а те, которые не приняты в реестр, должны возвращаться к своим панам и платить им десятую копу». («Воссоединение Украины с Россией. Документы и материалы.» 1954 год) И народ Малороссии усматривал единственный выход в московском подданстве. Многие «снимались целыми селами и поветами и двигались в московские пределы. За каких-то полгода выросла Харьковщина, заселенная теперь сплошь переселенцами из польского государства».
Казакам стало ясно, что это расстраивает все их помещичьи планы, так как народ под Польшей не останется. Симпатии Хмельницкого и компании ясны. А в московское подданство идти боялись – пугала неизвестность казачьих судеб. Что если воспользуется стихийной приязнью к себе южнорусского народа и произведет всеобщее уравнение в правах, не делая разницы между казаком и вчерашним холопом? И это было главным!
Среди старшины гуляла даже идея крымского и турецкого подданства, сулившая полное и бесконтрольное хозяйничанье в крае, но вопреки воле народа идти побоялись. О тайной раде в середине 1653 года одних полковников и высших войсковых чинов И. Выговский рассказывал: «Я гетману (Хмельницкому – авт) и полковникам говорил: кто хочет, тот поддавайся турку, а мы ( еще полковник Жданович – авт) едем служить государю христианскому…» ( там же) Но в 1654 году после Земского собора 1653 года царь дал добро на просьбы Хмельницкого и Малая Россия, всего 10% от нынешней территории Украины, стала частью Московского государства.
В 19 веке Н. Костомаров выяснил, что сам Хмельницкий из-за принятой присяги стал двоеданником. Он нашел две турецкие грамоты Мехмет-Султана к нему, «из которых видно, что гетман… состоял в то же время подданным султана турецкого…, которое он принял еще в 1650 году: «…чтобы вы с увереностью возложили на себя этот кафтан в том смысле, что вы теперь стали нашим верным данником». (Н.Костомаров «Б.Хмельницкий. данник оттоманской Порты», «Вестник Европы, 1878 год) Через полтора года после присяги Москве, султан шлет новую грамоту, из которой видно, что Богдан и не думал порывать с Портой…, но факт нового подданства скрыл, объяснив все дело, как временный союз, вызванный трудными обстоятельствами».
ПРО СТАРШИНСКОЕ ВОРОВСТВО И ПЕРЯСЛАВСКУЮ «КОНСТИТУЦИЮ»
Так дрожали за свое господское положение, что, явившись к присяге, «старшина и гетман потребовали, вдруг, чтобы царь в лице своих послов присягнул им со своей стороны и выдал обнадеживающие грамоты». Даже угрожали сорвать кампанию по приведению к присяге населения Малороссии. «Николи не бывало и впредь не будет, – сказал стольник Бутурлин, – и ему и говорить о том не было пристойно, потому что всякий подданный повинен веру дати своему государю». Употребление слова «подданный» никак не совместимо с самостийнической легендой о формате якобы договора равных сторон. Он же гарантировал: «Мы вам и преж сего сказывали, что царское величество вольностей у вас не отнимает… и маетностей ваших отнять государь не велит». (Статейный список посольства В.В Бутурлина, по сборнику документов, 1954 год) И настоял на обращении к царю с челобитьем, которое украинофилам захотелось назвать «конституцией» и «договором».
Такая челобитная была подана и почти все просьбы удовлетворены. Лишь вопрос о жалованье запорожскому войску был отложен до упорядочения общих фискальных дел. Оно должно было идти из налогов с Малороссии в царскую казну. За городами было сохранено Магдебургское право, духовенство сохранило прежние владения и права, остаткам уцелевшей шляхты подтвердили их старинные привилегии. Казаки только приобрели: реестр был увеличен до небывалой цифры – 60 тысяч человек, полного списка которого, хотя бы приблизительно, ни одно царское правительство до самого упразднения гетманства так никогда и не получило. Оно и понятно – на эти мифические тысячи было положено определенное казенное содержание, куда вся старшина запускала руку как в свой карман. И это не говоря уже о том, что абсолютное большинство записавшихся в казаки мужиков по-прежнему продолжали крестьянствовать. Мало того, что казаки из мятежных холопов платили за это гетману – «имали с тех людей, которых писал в реестр, золотых червонцев по 30-ти и по 40-ку и больше. Хто ково больше мог дать, того и в рейстр писал, для того, что никто в холопстве быть по-прежнему не хотел». («Воссоединение Украины с Россией», т.3) Позже эти казаки из холопов вновь угодили в крепостничество, но уже казацкое.
Весь старый уряд сохранен полностью, оставлено право выбирать себе старшину и гетмана с последующим доведением до сведения Москвы. Разрешено также принимать иностранные посольства. Щедрость выше необходимого. То есть, самодержец даровал ту же автономию, что и донским и яицким казакам. Ну и конечно самостийная легенда о «переяславской конституции» и «договоре» не имеют под собой никакого исторического обоснования. Так как произошла безоговорочная присяга народа Малороссии и казачества царю московскому. И все!
НА ПУТИ ПРЕДАТЕЛЬСТВА… В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ
Исходя из всего выше сказанного, совершенно не удивляет тот факт, что сразу же после присяги старшина во главе с Хмельницким начала изменять ей. Дело дошло до того, что они «решились на открытое государственное преступление, нарушив заключенный царем виленский договор с Польшей и вступив в тайное соглашение с шведским королем и семиградским князем Ракочи о разделе Польши». (Д. Баньтыш-Каменский «История Малой россии», т.2) Ракочи было послано 12 тысяч казаков. Главный момент – шведский король Карл Густав не числился в друзьях великого государя русского Алексея Михайловича. «И ты гетман оказал пособие шведскому королю без соизволения великого государя, забыл страх Божий и свою присягу перед святым Евангелием». (по Н. Ульянову) Неуправляемыми своевольниками были, своевольниками и остались.
ГЕТМАНЫ КАК ТУРЕЦКИЕ ПОДДАННЫЕ
Мифу о казаках как защитниках православия также уделим внимание. «Наличие в Сечи большого количества поляков, татар, турок, армян, черкесов, мадьяр и прочих выходцев из неправославных стран не свидетельствует о запорожцах как ревнителях православия. Данные, приведенные П. Кулишом, исключают всякие сомнения на этот счет». Оба Хмельницкие и Петр Дорошенко «признавали себя подданными султана турецкого – главы ислама. С крымскими же татарами, этими «врагами креста Христова», казаки не столько воевали, сколько сотрудничали и вкупе ходили на польские и на московские украины. Адам Кисель, православный шляхтич, писал, что у запорожских казаков «нет никакой веры»… Православный митрополит и основатель киевской духовной академии – Петр Могила – относился к казакам с нескрываемой враждой и презрением, называя их в печати «ребелизантами». ( по Н. Ульянову) То есть мятежниками, бунтовщиками.
Вспомним также приведенную выше цитату архиепископа Филарета, где сии доблестные «защитники православия» в трогательном единении с правоверными мусульманами разграбили православный женский монастырь. Надо полагать, и монашками попутно воспользовались, если те не успели бежать через имеющийся подземный ход.
МАЛОРОССИЯ ДО И ПОСЛЕ
До 1648 года гетманская власть понималась как власть военная, которая распространяется только на войско запорожское. Остальная Малороссия управлялась польской администрацией, которая была изгнана или уничтожена физически. Позже, согласно Зборовскому и Белоцерковскому трактату, ничего не изменилось. После перехода Малороссии под руку русского царя, Алексей Михайлович подтвердил соответствующие польские грамоты и верховной государственно-административной властью в крае считалась отныне власть царская.
Но по факту Малороссией управляла дорвавшаяся до властной кормушки казацкая старшина, которая перенесла сюда всю систему запорожского правления. И «под разными (надуманными –авт) предлогами административный аппарат русского царя попросту не был допущен в Малороссию до самого 18 века. И ответ на вопрос «Почему казаки даже не думали о «суверенных правах» и «национальной независимости»?» (им страшно мучаются украинофилы со своими ущербными воззрениями) кроется в их степной природе добытчиков, неважно каким способом. Эти отвлеченные принципы не имели никакой цены в сравнении с фактической возможностью управлять, чтобы «распоряжаться ее богатствами, расхищать земли, закабалять крестьян. О национальной независимости они даже не думали» прежде всего «по причине крайней опасности этой материи для казачьего благополучия». В независимой Малороссии «казаки никогда бы не смогли превратиться в правящее сословие, тем более сделаться помещиками». ( Н. Ульянов).
Лишь в 1657 году правительство решительно подняло вопрос о введении воевод и взимании налогов. А до того оно поддалось на уговоры Хмельницкого повременить с описью на предмет обложения и с присылкой воевод. И за это время гетман и старшина приобрели необычайный вкус к власти и к собственному обогащению собирали налоги со всех слоев населения в свою пользу. Как результат, Богдан отказался от собственных слов в Переяславле о сборе налогов в пользу великого государя. Тогда он выговорил право собирать их не московским приказным, а местным людям.
Поэтому понятно, что уже при Выговском, который тоже хотел собирать налоги себе в карман, «воеводский вопрос» был причиной всех смут, заполнивших вторую половину 17 века. О воеводах рассказывали небылицы типа запрета ношения сапог и введения лаптей, представляли людьми жестокими, алчными и т.д. Обилие жалоб в это время без ссылок на конкретные факты всегда исходило от старшины чаще в устной форме на радах. Но вот все решающее опровержение: «Ни в московских, ни в малороссийских архивах не найдено делопроизводств и расследований по поводу обид и притеснений, учиненных над малороссами царскими чиновниками, нет указаний на самое возникновение таких документов».
Есть другие документы. Когда в 1667 году воевода каневский князь Волконский не предупредил гетмана Самойловича и начал следствие по факту измены полковника Гурского, то из Москвы получил отставку и выговор: «То ты дуростию своею делаешь негораздо, вступаешься в их права и вольности, забыв наш указ…» Что уж говорить о более мелких чиновниках. А на Глуховской раде 1668 года при избрании в гетманы Д. Многогрешного князь Ромодановский по поводу обвинений служилых людей в поджогах с целью грабежа сказал: «О том великому государю не бывало ни от кого челобитья ни прежде сего, ни в последнее время; если же бы челобитье такое было, против челобитья был бы сыск, а по сыску, смотря по вине, и тем ворам за их воровство и казнь учинена была бы. Знатно, то дело ныне затеяли вы, чтоб воеводам в городах не быть». (Н.Костомаров «Руина», 1879 год) .
Нежинский протопоп Максим Филимонов прямо писал боярину Ртищеву: «Противятся этому некоторые старшие для своей прибыли: возлюбивши власть не хотят от нее отступиться». (С. Соловьев «История России», т.11).
И еще любопытное замечание касательно налогов. В 1658 году стольник Кикин по дороге в Киев выяснил, что казаки систематически не получают жалованья. И он разъяснял, что все поборы с Малороссии идут в гетманскую казну. Собираются и расходуются казацкими властями. Именно эти объяснения вызвали злобную настороженность гетмана Выговского и генерального уряда, тех немногих, кто об этом знал. Новое доказательство низменности целей, с которыми захвачена власть над Южной Русью.
КТО ГРАБИЛ УКРАИНУ
Особо следует остановиться на стенаниях о «грабеже Украины» царским правительством. «До учреждения «Малороссийской коллегии» в 1722 году правительство довольствовалось номинальным пребыванием Малороссии в составе Российского государства». Удивительно ли, «уже в 18 веке малороссийские помещики оказываются гораздо богаче великорусских, как землями, так и деньгами». Стяжательство всех гетманов и старшины, «значного и моцного» казачества не знало границ. И в этих условиях уже при героическом ныне Мазепе генеральная канцелярия обращалась в Москву за деньгами на жалованье охотничьему войску. Позднее Петр Великий говорил: «Можем непостыдно рещи, что никакой народ под солнцем такими свободами и привилегиями и легкостью похвалиться не может, как по нашей царского величества милости, малороссийский, ибо ни пенязя в казну нашу во всем малороссийском краю с них брать мы не повелеваем». Правда все «привилегии», «легкости» и «свободы» достались только казачеству.
А вот цитата из наставления Н.А. Румянцеву при назначении его малороссийским генерал-губернатором в 1764 году: «От сей толь обширной, многолюдной и многими полезными произращениями преизобильной провинции, в казну государственную (чему едва кто поверить может) доходов никаких нет. Сие однакож так подлинно, что напротив того еще отсюда отпускается туда по сороку по восьми тысяч рублей». («Бумаги императрицы Екатерины Второй», 1871 год) Картина красноречива.
КАЗАКИ-КРЕПОСТНИКИ
И последний миф, требующий развенчания, это миф о закрепощении малороссийского крестьянства Екатериной Второй. И кто из самостийников только за это не проклинал как ее лично, так и «москалей» вообще. Особенно умиляет плачь по этому поводу В.В Капниста, сына казачьего полковника. Вот слова Петрика, казачьего аристократа, сбежавшего в Сечь после служебного преступления. По его словам, они «позволили нашему гетману раздавать старшинам маетности, старшины позаписовали себе и детем своим в вечное владение нашу братью, и только что в плуги их не запрягают, а уж как хотят, так и ворочают ими, точно невольниками своими». (С. Соловьев, т.14) Правда, до побега был правой рукой генерального писаря Кочубея и это его устраивало.
Между тем в положение малороссийского крестьянства указ от 3 мая 1783 года не внес никаких изменений. Как хорошо известно, всякий закон или нормативный акт есть всегда реакция на то, что уже происходит в реальности. Вот пункт 8-ой указа, наиболее нас интересующий: «Для известного и верного получения казенных доходов в наместничествах Киевском, Черниговском и Новгород-Северском, и в отвращение всяких побегов к отягощению помещиков (то есть уже в реальности существуют и крестьяне уже сейчас реально бегут! – автор) и остающихся в селениях обитателей, каждому из поселян остаться в своем месте и звании, где он по нынешней последней ревизии написан, кроме отлучившихся до состояния сего нашего указа…» («Полное собр. законов Российской империи, т.21).
Уже из него можно заключить, что крепостничество в Малороссии существовало как факт, а не вводится как нечто новое. На что непременно была бы специальная ссылка в его тексте. И целью указа было распространение на Малороссию административных мер, связанных с фиском и действовавших во всех прочих российских губерниях. Как справедливо заметил Н. Ульянов, «мы видим здесь весь характерный крепостной ландшафт – «помещиков», «поселян», «побеги», доставляющие помещикам «отягощения». То, что поселяне бегут, а не просто уходят, свидетельствует о невозможности легального ухода с места. А это и есть главный признак зависимости.
Уже с момента присоединения к Великой России старшина, «можнейшие из можнейших», самые хищные и пронырливые, «обнаружили в полной мере свою столетнюю мечту учредиться помещиками и занять место изгнанных польских панов. Первые же посланники к Алексею Михайловичу – войсковой судья Самойло Богданов и переяславский полковник Тетеря – били челом в Москве о «привилеях на хартиях золотыми буквами писаных: мы судье, на местечко Имглеев Старый с подданными там будучими и со всеми землями издавна до Имглеева належащими, а мне полковнику на местечко Смелую также с подданными в ней будучими, и со всеми землями к ней належавщими». (по Н. Ульянову) Царь ни в чем не отказывал. Почти каждый видный урядник, с течением времени, обзавелся желанным документом на имение. Из-за боязни негативной реакции крестьян, которые одних помещиков уже раз вырезали, они остались лежать в шкатулках до лучших времен. Но тяга к крепостничеству очевидна.
Реального закрепощения добивались окольным путем. Например, с помощью «ранговых маетностей» – жалованья в виде имения для крупных воинских чинов. Жители такого имения обязывались различными повинностями в пользу владельца урядника. Та же панская вотчина, только не частная. Доставались они «бунчуковому товариству» при генеральном уряде и значковому или «полковому товариству». И о детушках подумали. Значные казаки, численно небольшая сплоченная группа запорожской школы, обеспечивали и их войсковыми вотчинами, приписав к генеральной войсковой канцелярии. Со временем старшина добилась превращения войсковых экономий в частную и наследственную собственность. Выпрашивали также земли, «к диспозиции гетманской надлежащих», которые передавались в личное владение. Вместе с ними и население, зависевшее прежде от войска, переходило в частную собственность.
Но всего этого «лыцарям» было мало и оно не брезговало ни ростовщичеством, ни игрой на народных бедствиях ради завладения крестьянскими «грунтами». Н. Ульянов приводит типичный пример, как отец гетмана Данилы Апостола давал в неурожайный год деньги в долг, «чтоб деток своих голодною смертью не поморити», а потом отнимал у них землю. Полковник Лизогуб содержал шинок, с его помощью опутал долгами мужиков и за эти долги тоже отбирал землю. Беглых малороссийских крестьян по приказу Мазепы ловили уже в 1707 году. В 1739 году генеральная канцелярия запрещает переходы под угрозой смертной казни. Через 18 лет гетман Разумовский своею властью издает другое распоряжение равносильное запрету переходов. Но лучшее свидетельство от сторонников украинофильства. Исследовательница А.Я Ефименко констатирует, что весь процесс закрепощения крестьян «совершился чисто фактическим, а не юридическим путем, без всякого, по крайней мере, непосредственного вмешательства государственной власти» (по Н. Ульянову).
Как-то автору попалась на глаза статья под названием «Переяславская рада: миф или реальность?» Ответ один: несомненно, реальность и, несомненно, благо. И еще одно несомненно – в воссоединении единоверного русского православного народа нет ровным счетом никакой заслуги ни Хмельницкого, ни казацкой старшины, значных, «моцных» казаков. Скорее уж это случилось вопреки их воле. И сегодня наблюдается то же самое: явное различие в интересах галицизированного руководства нынешней Украины, явно не совпадающими с реальными государственными, и народа ее незападной части, исторически тяготеющего к России. Остается только высказать надежду, что когда-нибудь и его мнение будет учтено. Ну, а пока Украиной правит «новая казацкая старшина» с теми же выраженными хищническими устремлениями и нивелированной моралью тем более национал-шовинистской направленности. И 400-летний юбилей Перяславской рады, пожалуй, вообще будет забыт.
Геращенко Георгий
«Русский мир» №25, 18.03.2009
Переяславская рада в украинофильсках путах казакоманских мифов
Вот уже 17 лет, с рокового 1991 года, украинские правители ведут Украину по ущербному нациократическому пути, который почему-то называется «путем развития демократии». О том, какая это демократия, хорошо видно по последнему перлу нациократического законотворчества. 28 ноября 2006 года Верховной радой в первом чтении был принят закон «О голодоморе 1932-33 годов в Украине». По нему публичное отрицание этой трагедии, которая, впрочем, в то же время разыгралась также на территории РСФСР и Казахстана, является надругательством над памятью миллионов жертв и унижением достоинства украинского народа. Кроме того, такое деяние является административным нарушением и за него налагается штраф до 15 необлагаемых налогом минимумов доходов граждан. За изготовление, распространение и хранение с целью распространения таких материалов штраф увеличивается вдвое. Таким образом, несогласным с правильной официальной точкой зрения закрыли рот и открыто запретили высказывать свое мнение, в том числе и в «демократической» прессе. Все это приводит к грустным выводам: в нынешней Украине налицо самая, что ни на есть настоящая, украино-нацистская вакханалия на фоне повсеместного нарушения прав человека.
Поэтому как-то не удивительно, что 8 января 2004 года, 350-летний юбилей Переяславской рады, прошел без особых торжеств. И еще один факт. Практически в один год были сняты фильмы про Мазепу и Б. Хмельницкого. И фильм о Мазепе рекламировали во всех правильных СМИ и на всех телеканалах. Фильм о Б. Хмельницком такой чести не удостоился. Оно и понятно – ни одно историческое событие украинские национал-шовинисты не проклинают столь усердно, как Переяславскую раду 1654 года. Вовсю льют правильные украинские слезы, что заключила-де «незалежна козацька держава» Украина союз с Россией, а та договор нарушила и «незалежность» отобрала.
За три с половиной столетия это событие обросло таким количеством мифов украинофильского происхождения и ради соответствующих целей, что пора прорезать эту казакоманскую темень лучом прожектора непредвзятой исторической истины. И, прежде всего, заметим, что «юридически территория нынешней Украины не была тогда «незалежной» и «суверенной» ни дня». Не было и государства с таким названием. А было Войско Запорожское реестровое, служившее сначала королю польскому, а после 1654 года – царю Всея Руси». Были также нереестровые казаки и еще обычные русские люди: прежде всего крестьяне, горожане, малочисленное православное шляхетство нисколько не лучше польского по отношению к крепостным.
КАЗАК РАВНЯЕТСЯ МАЛОРОС?
Во всех мифах, которые в 19 веке получили название «казакоманских», понятие казак и малоросс выглядят полностью тождественными. Рождены они были в основном в конце 18 - первой половине 19 века в среде малороссийских помещиков, небольшой их части. Небольшая же часть местных разночинцев: учителей, ученых, чиновников, зачастую из той же среды, также оказались под их влиянием. Помещики, практически все, ведут свое начало от представителей казацкой старшины, «значных», «моцных» казаков. Со второй половины 18 века они ринулись доказывать свое благородное происхождение, чтобы числиться дворянами. Но, само собою, при отсутствии реальных документов о благородстве происхождения это далеко не у всех сразу и быстро получилось даже при явной снисходительности правительства по этому вопросу. Именно обида по поводу законных требований комиссии и стала той почвой, на которой здесь и выросло украинофильство, когда русское население Малороссии стали упорно называть украинцами в качестве некой отдельной нации. Перефразируя Маяковского, можно сказать: «Говорю казак – подразумеваю украинец, говорю украинец – подразумеваю казак». Однако, это совсем не так. При этом, как пишет Н. Ульянов в разгромном труде «Происхождение украинского сепаратизма», «облик казака в поэзии (и других произведениях искусства – авт.) мало сходен с его реальным историческим обликом.
Он выступает там в ореоле беззаветной отваги, воинского искусства, рыцарской чести, высоких моральных качеств, а главное – крупной исторической миссии: он борец за православие и за национальные южнорусские интересы». И в связи с этим на запорожское казачество установилось два прямо противоположных взгляда. Одни усматривают в нем явление дворянско-аристократическое – «лыцарское». Как, например, Дмитрий Дорошенко сравнивает Запорожскую сечь со средневековыми рыцарскими орденами. «Но есть другой, едва ли не более распространенный взгляд, по которому казачество воплощало чаяния плебейских масс, и было живым носителем идеи народовластия с его началами всеобщего равенства, выборности должностей и абсолютной свободы».
Оба эти взгляда не казачьи и даже не украинские и оба не соответствуют действительности. Касательно первого, имеющего несомненное польское происхождение из героико-романтических поэм Папроцкого (16 век), так «мы не знаем ни одного проверенного документа, свидетельствующего о запорожском казачестве, как о самобытной организации малороссийской шляхты». А их не может не быть, если это правда. И потом зачем в таком случае «высокородным» казакам в 17-18 веках было добиваться шляхетного звания сначала у польского короля, а потом у русского царя. Легенда демократическая – это плод усилий русских поэтов, публицистов, историков 19 века (Рылеев, Герцен, Чернышевский, Шевченко, Костомаров, Антонович, Драгоманов, Мордовцев), в том числе и малороссийского происхождения, воспитанных на западно-европейских демократических идеалах.
КАЗАКИ ВО ВСЕЙ СВОЕЙ «КРАСЕ»
На самом деле «объяснения природы казачества надо искать в «диком поле» среди тюрко-монгольских орд. Запорожское казачество давно поставлено в прямую генетическую связь с хищными печенегами, половцами и татарами, бушевавшими в южных степях на протяжении чуть не всей русской истории». Костомаров, известный украинофил, пишет, что они осели в Приднепровье, их знают под именем Черных клобуков, христианизировались, обрусели и положили начало южнорусскому казачеству. П. Голубовский считает, что «на всем пространстве от Дуная до Волги…происходило сильное смешение кровей и культур. И в этой среде уже в Киевскую эпоху стали создаваться особые воинственные общины, в составе которых были как русские, так и кочевые инородческие элементы». Толкований слова «казак» много и выводились они всегда из восточных языков. Голубовский считает его половецким.
Хорошо известно, что «степь искони дышала разбоем и хищничеством, вольным разгулом грабительской ватаги». Сама казачья терминология, я уж не говорю о внешнем виде, носит тюрко-татарское происхождение. Слово «чабан» (пастух овец) заимствовано от татар. «Атаман» происходит от «одаман» (начальник чабанов сводного стада). 10 соединенных стад по 1000 овец в каждом называлось «кхош». А отсюда казацкое «кош» и «кошевой атаман». К степному же лексикону относится слово «курень» – множество кибиток в поле, стоящие кольцом. Н. Ульянов справедливо считает, что «наиболее вероятным ее источником были казаки же, только не свои русские, а татарские», поскольку это явление не специально русское, как полагают у нас и в Европе».
В 1492 году хан Менгли-Герей писал Ивану Третьему, что войско его, возвращаясь из-под Киева с добычей, было ограблено «ордынскими казаками». Об этих ордынских или «азовских» казаках-татарах неоднократно пишут русские летописцы того времени и характеризуют их как самых ужасных разбойников, нападавших на пограничные города. Татарские казаки, так же как и русские не признавали над собой власти ни одного из соседних государей, хотя часто состояли на служении у Москвы, Польши и того же крымского хана. «…В военном, бытовом и экономическом отношении были самостоятельной организацией, так что польские летописцы, зная четыре татарские орды (заволжскую, астраханскую, казанскую, перекопскую), причисляли к ним, иногда, пятую – казацкую». Разбойничьими обычаями, нравами и всем стилем поведения беспринципного степного добытчика вполне объясняются их дела и поступки. По причине своевольства, необузданности, отсутствия жесткой внутренней дисциплины запорожским казакам государственного начала и не доставало.
Прославленные морские походы в Турцию выглядят совсем не патриотическим и благочестивым делом. Сами украинофилы 19 века писали, в частности Пантелеймон Кулиш, что казаки «розбивали християнське купецтво заодно с бесурменським, а дома плиндрували руськи свои городи татарським робом». (Твори П. Кулиша, т. 4, Львов, 1910 год). «Были в Швеции казаки запорожские, числом 4 тысячи, – пишет одна польская летопись. Над ними был гетманом Самуил Кошка, там этого Самуила и убили. Казаки в Швеции ничего доброго не сделали, ни гетману, ни королю не пособили, только на Руси Полоцку великий вред сделали, и город славный Витебск опустошили, золота и серебра множество набрали, мещан знатных рубили и такую содомию чинили, что хуже злых неприятелей или татар». (по Н. Ульянову) Там же: «В том же году (1603) в городе Могилеве Иван Куцка сдал гетманство, потому что в войске у него было великое своевольство: что кто хочет, то и делает. Приехал посланец от короля и панов радных, напоминал, грозил казакам, чтоб они никакого насилия в городе и по селам не делали. К этому посланцу приносил один мещанин на руках девочку шести лет, прибитую и изнасилованную, едва живую; горько и страшно было глядеть: все люди плакали, Богу Создателю молились, чтоб таких своевольников истребил навеки. А когда казаки назад на Низ поехали, то великие убытки селам и городам сделали, женщин, девиц, детей и лошадей с собой брали; один казак вел лошадей 8, 10, 12; детей 3, 4; женщин или девиц 4 или 3». (С.М. Соловьев «История России», т. 10)
Н. Ульянов задается вопросом: «Чем эта картина отличается от вида крымской орды, возвращающейся с ясырем из удачного набега?» Разница может быть та, что татары своих единоверцев и единоплеменников не брали и не продавали в рабство, тогда как для запорожских «лыцарей» подобных тонкостей не существовало».
Еще один пример откровенных казацких зверств. Когда Иван Брюховецкий, очередной малороссийский гетман, по «доброй» традиции поднял очередной старшинский мятеж против попыток контроля со стороны Москвы за собственной территорией, то в Гадяче, перебили 200 человек московских служилых людей, включая воеводу. Им дали твердое обещание выпустить их из города живыми, но, как всегда, его не сдержали. Воеводу Огарева, раненого в голову, спас местный протопоп и положил у себя, а жене Огарева, учинив величайшее зверство, отрезали груди и с позором водили по городу (по Н. Ульянову).
И в начале 18 века ничего не изменилось. Казаки не стеснялись называть свое ремесло его собственным именем. Когда Кондратий Булавин поднял на Дону восстание, он отправился в Запорожье за помощниками. Он «встал в Самарских городках и обратился к запорожцам с призывом: «Атаманы-молодцы, дорожные охотники, вольные всяких чинов люди, воры и разбойники! Кто похочет с военным походным атаманом Кондратием Афанасьевичем Булавиным, кто похочет с ним погулять по чисту полю, красно походить, сладко попить да поесть, на добрых конях поездить, то приезжайте в черны вершины самарские!» ( С. Соловьев, т. 15) За «воров и разбойников» запорожцы не обиделись и его услышали, а Сечь разрешила желающим отправиться на свой риск.
Николай Ульянов пишет, что школа Запорожья была не рыцарская и не трудовая крестьянская. Правда, много крепостных мужиков, хлопов, бежало туда от дикости и своеволия польских панов, но не они определяли образ Сечи. Это все равно, что лезть со своим уставом в чужой монастырь.
Здесь существовали свои вековые традиции, нравы и свой взгляд на мир. Попадавший сюда человек переваривался и перетапливался, как в котле, из малоросса становился казаком, менял этнографию, менял душу. Те, кто не смог побороть привычку трудиться на земле в абсолютном большинстве вновь начинали крестьянствовать. Казаки их называли «чернью» и позже беглецы вновь попали в крепостные, но на этот раз к казацкой старшине.
Вывод непредвзятого исследователя однозначен и справедлив. «Фигура запорожца не тождественна с типом коренного малороссиянина, они представляют два разных мира. Один – оседлый, земледельческий, с культурой, бытом, навыками и традициями, унаследованными от киевских времен. Другой – гулящий, нетрудовой, ведущий разбойную жизнь, выработавший совершенно иной темперамент и характер под влиянием образа жизни и смешения со степными выходцами. Казачество порождено не южнорусской культурой, а стихией враждебной, пребывающей столетиями в состоянии войны с нею».
КАЗАЧЕСТВО КАК ОБРАЗ ЖИЗНИ
В глазах современников, как отдельные казаки, так и целые их объединения, носили характер «добытчиков». «Жен не держат, землю не пашут, питаются от скотоводства, звериной ловли и рыбного промысла, а в старину больше в добычах, от соседственных народов получаемых, упражнялись». (Г. Миллер «Рассуждения о запорожцах»).
Недаром до учреждения оседлого реестрового казачества в середине 16 века, термином «казак» определялся особый образ жизни. «Ходить в казаки» означало удаляться в степь за линию пограничной охраны и жить там наподобие татарских казаков: ловить рыбу, пасти овец или грабить. Польские паны тоже этим не брезговали, правда, увлекались последним из перечисленного. Коронный гетман Ян Замойский, обращаясь к провинившимся шляхтичам, которые в оправдание прежних поступков выставляли свои заслуги в запорожском войске, говорил: «Не на Низу ищут славной смерти, не там возвращаются утраченные права. Каждому человеку понятно, что туда идут не из любви к отечеству, а для добычи». ( П. Кулиш «Польская колонизация юго-западной Руси»).
Таковы были на самом деле «справжни украинськи лыцари», которые занимались грабительскими набегами на польскую Малороссию и русские украины, нередко вместе с татарами кстати. Не минула чаша сия и наш Харьков. Вот что пишет архиепископ Филарет, начало 19 века, в своем труде «Историко-статистическое описание Харьковской епархии»: «В истории епархии говорится, что в 1721 году монастырь (Хорошевский женский – авт) был ограблен разбойниками. Не сомневаемся, что в источнике, откуда взято это известие, сказано было, кто эти разбойники. Очень хорошо известно, что 1711 по 1721 год включительно запорожцы в соединении с крымцами делали беспрестанные набеги и грабежи в нынешних уездах Змиевском, Харьковском, Валковском». (цит по Л. Мачулину «Тайны подземного Харькова», Харьков, 2005).
Ныне эти разбои выдаются за героическую борьбу за «незалежность Украины». И их степное хищничество, природные замашки в дальнейшем сыграли свою роль в делах и поступках казацкой старшины, особенно во второй половине 17 века.
КТО НАСТОЯЩИЙ ТВОРЕЦ ПЕРЕЯСЛАВСКОЙ РАДЫ
Фактически 1654 год начался в 1648 году, когда в Малороссии началась грандиозная крестьянская война, приведшая к падению ненавистного крепостного права и польско-католического владычества в крае. И Богдан Хмельницкий немедленно воспользовался этим уникальным шансом захватить фактическую власть на огромной территории. Как пишет Н. Ульянов, казаки мечтали получить в кормление какое-нибудь небольшое государство. В 1563 году под начальством Байды-Вишневецкого они чуть было не овладели Молдаво-Валахией и почти целое столетие продолжались попытки завоевания и захвата власти в дунайских княжествах. Как раз в середине 16 века Польша пришла к наилучшему способу борьбы с антигосударственными, охлократическими по сути формированиями казаков. Их легализовали причем в лучших традициях лозунга «Разделяй и властвуй». Часть казаков была внесена в реестровые списки. Их польское правительство приняло к себе на службу для охраны украинных земель от татарских набегов.
С течением времени к 1648 году количество реестровых довели до 6 тысяч человек. Они были подчинены коронному гетману и получили свой административный центр в городе Техтемирове. Реестровые казаки пользовались известными правами и льготами: избавлялись от налогов, получали жалованье, имели свой суд, свое выборное управление. Историки в реестровых видят, и они правы, избранную касту, получившую возможность обзаводиться домом, землей, хозяйством и применять труд работников и всевозможных слуг. Как справедливо отмечает Н. Ульянов, «реестровая реформа не только не встречена враждебно на Низу, но и окрылила все степное гультяйство; попасть в реестр и быть причисленным к «лыцарству» стало мечтой каждого запорожского молодца. Реестр явился не разлагающим, а скорей объединяющим началом…» А вот в качестве слуг и работников выступали как раз те, «кто, убежав от панского ярма оказались не в силах преодолеть своей хлеборобской мужицкой природы и усвоить казачьи замашки, казачью мораль и психологию… Лишь небольшая часть бесповоротно меняла крестьянскую долю на профессию лихого добытчика. В большинстве своем холопский элемент распылялся: кто погибал, кто шел работниками на хутора к реестровым, и всегда служили «пушечным мясом» для ловких предводителей из старых казаков вроде Лободы и Наливайки и натравливался на пристепные имения польских магнатов».
Верхушка казачества скапливала богатства, обзаводилась землей и слугами, экономически стала приближаться к образу и подобию шляхты. По материальному достатку она не уступала среднему и мелкому дворянству, давала детям хорошее образование. Не хватало только шляхетных прав для получения почетного места в панской Польше. Отсюда и неоднократные петиции и обращения к кролю и сейму. Вот одно из них, вполне типичное, к сейму 1632 года: «Мы убеждены, что дождемся когда-нибудь того счастливого времени, когда получим исправление наших прав рыцарских и ревностно просим, чтобы сейм изволил доложить королю, чтобы нам были дарованы те вольности, которые принадлежат людям рыцарским». (М. Грушевский «История Украины-Руси», т.8) Им хотелось также владеть крепостными.
Однако польское ясновельможное шляхетсво в своем слепом кастовом высокомерии не хотело и слышать о казачьих претензиях. И именно это как реальный повод лежит в основе всех казачьих бунтов, которые украинофилы всех времен и мастей называют «национально-освободительным движением украинского народа» неизвестно откуда взявшегося. Однако, – как указывает Н. Ульянов, – национальной, а тем более украинской, идеи не было и в помине. Это была в чистом виде месть, совмещенная с приятными грабительскими занятиями, за непримиримую позицию польской шляхты. Причем, логику шляхты легко понять: с каких дел она должна была вводить в свое дворянское сословие людей без рода, без племени – вчерашних пахарей, пастухов или, в лучшем случае, потомственных разбойников.
А православное крестьянство, которое изнемогало под бременем налогов и барщины и иначе как «быдлом» поляки не называли, казаки лишь использовали для достижения своих выгод: управление крестьянскими восстаниями всегда находилось в казачьих руках. Холопская ярость в борьбе с поляками всегда нравилась казачеству, и оно использовало холопов, что входило в их расчеты, чтобы более успешно громить панские замки и фольварки. Так крестьяне сами посадили себе на шею новых крепостников, завоевав для казаков фактическую власть.
Итак, Богдан Хмельницкий, гетман реестрового казачества, в 1648 году выступил в поход. Однако не казаков боялись поляки. Вот что писал королю гетман Потоцкий: «Число его сообщников простирается теперь до 3000. Сохрани бог, если он войдет с ними в Украину, тогда эти три тысячи возрастут до ста тысяч». Так и случилось. Первоначальное ядро его, вышедшее из Запорожья, потонуло в толпе новых ополченцев. Кстати, вообще «численно казаки представляли ничтожную группу; в самые хорошие времена она не превышала 10 тысяч человек, считая реестровых и сечевиков вместе». (Н. Ульянов) И уже первая битва при Желтых водах была выиграна благодаря переходу русских жолнеров Стефана Потоцкого на сторону Богдана. В битве под Корсунем помощь русского населения вновь сыграла главенствующую роль. А после битвы под Пилявой только на Раду в Белой Церкви явилось 70 тысяч человек. А мятежное крестьянское войско дальше только росло. Уже в том же 1648 году после Корсунской битвы Хмельницкий послал в Москву письмо с просьбой о принятии в подданство. И это было только первое из череды посланий и уж конечно говорить о воссоединении двух братских народов не приходиться, так как это не соответствует действительности. Зато утверждение о воссоединении двух половин древнего русского государства с русским же населением в обеих абсолютно верно.
ПОИЩЕМ УКРАИНЦЕВ…
Обратимся к цитатам и развенчаем еще один украинофильский миф. Гетман Сапега о том же времени говорит: «Против нас не шайка своевольников, а великая сила целой Руси. Весь народ русский из сел, деревень, местечек, городов, связанный узами веры и крови с казаками, грозит искоренить шляхетское племя и снести с лица земли Речь Посполитую». Незадача, однако. Не видит он украинцев в Червонной Руси, находящейся под властью Польши. А вот слова Богдана Хмельницкого из речи на Перяславской Раде: «Вот уже 6 лет живем мы без государя, в беспрестанных бронях и кровопролитиях с гонителями и врагами нашими, хотящими искоренить Церковь Божию, дабы имя русское не помянулось больше на земле нашей…» А в конце 1648 года, будучи в подпитии, он сказал следующее: «Я теперь единовладный самодержец русский». А это уж совсем нехорошо: оказывается, мифические украинцы боролись зато, чтобы носить «имя русское». И еще неприятность: клятвопреступник Выговский, которого приписывают к борцам за «незалежность», после своего Гадячского предательства получил в Польше титул «гетман русский и сенатор польский». А это уже поддых. Присовокупим и цитату главных украинофильских учителей. На помянутой выше Гадячской Раде в сентябре 1658 года польский посол Беневский говорил казакам: «Что приманило народ русский под ярмо московское? Вера? Неправда: у вас вера греческая, а у москалей вера московская!» ( Н. Костомаров «Гетманство Выговского») Оставим злобность и лживость высказывания о вере на его совести, но украинского народа в Польше не нашел и Беневский.
А как же называлась та территория, которая воссоединялась с Русским царством. Продолжим цитировать речь Хмельницкого: «Это великий государь, царь христианский, сжалившись над нестерпимым озлоблением православной Церкви в нашей Малой России, шестилетних наших молений не презревши, теперь милостивое царское сердце к нам склонивши, своих великих ближних людей к нам с царскою милостию своею прислать изволил». Мало того, что не лелеял маниакальную мечту украинофилов о «незалежной и суверенной казацкой державе», так еще называет всю эту территорию «нашей Малой Россией». И это задолго до гадских «русских великодержавных шовинистов».
Для него совершенно очевидно, что именно отсюда, с Киева, с Малой Руси начиналась та Русь, которая потом стала Великой… Потому она и Малая, что изначальная, а вовсе не в целях уничижения, как это мнится нашим измученным комплексом неполноценности национал-шовинистам. В Польше, например, есть регион, именуемый Малой Польшей с тех позиций изначальности.
Нашим украинофилам по нраву название Украина польского происхождения, которое тоже было в ходу, но, естественно, больше со стороны поляков. Как пишет Н. Ульянов, пошло оно тоже от казачества, так как эта надпись на древних картах, не считая карты Боплана «всегда относится к области поселения запорожских казаков» на приграничных территориях русских владений Польши. В частности это так на карте Корнетти 1657 года между «Bassa Volinia» и «Podolia» значится по течению Днепра «Ukraine passa de Cosаchi». То есть остальная территория бывших русских княжеств имела собственные названия. На голландской карте конца 17-го века то же самое место обозначено «Ukraine of t. Land der Cosacken». Вообще, на старинных картах территории с надписью «Украина» появляются впервые в 17 веке.
Вот гетман Сапега сладостно вспоминает: «Было время, когда мы словно на медведя ходили укрощать украинские мятежи; тогда они были в зародыше. Под предводительством какого-нибудь Павлюка; теперь иное дело!» Логика понятна: земля находящаяся у края великой польской католической цивилизации, которая в основном населена русскими крестьянами и горожанами – «неверными», «схизматиками», православным «быдлом». Цитата польского современника о крестьянском войске времен восстания 1648-1654 годов служит лишним подтверждением: «Вся эта сволочь состояла из презренного мужичья, стекавшегося на погибель панов и народа польского». ( по Н. Ульянову) А если вспомнить, что с конца 18 века после раздела Польши под чутким польским руководством украинофильство в России и Галиции набирает все большие обороты, то удивляться ничему не приходиться.
(окончание следует)
Как казаки крымскому хану служили
Об этой позорной странице в истории Запорожской Сечи у нас очень не любят вспоминать. Еще бы! Славные «лыцари», защитники Украины и православия, оказались «подножками» даже не Москвы или Варшавы, а какого-то Бахчисарая – грязной деревни с полудиким ханом, курившим кальян и лапавшим немытых девок из своего гарема на засаленных подушках.
Как же так вышло, что наследники бесстрашного Ивана Сирко, оказались в рабстве у этого, говоря современным языком, третьеразрядного рэкетира?
ХОТЕЛИ ПОД ШВЕЦИЮ. А спасибо нужно сказать Мазепе и Орлику! И еще одному проходимцу – кошевому атаману Гордиенко! Это они подбили чубатых сечевиков, не шибко разбиравшихся в тонкостях международной политики, перекинуться на сторону шведского короля. Хватит, мол, служить Петру I – под Карлом XII будет веселей! Это уже в XX веке наши продажные историки придумали миф, будто бы Мазепа боролся за независимость Украины. А документы, вышедшие из-под пера самого гетмана-изменника и его прихлебателей, рисуют совсем другую картину. Взять хотя бы так называемую «конституцию» Пилипа Орлика. Во-первых, никакая не конституция. Официально эта «бумажка» называется «Договор и постановление между гетманом Орликом и войском Запорожским». «Найяснейшим Протектором Нашим» она признает «Его Королевское Величество Шведское». Причем, на вечные времена! То есть, до сих пор! Так и написано: «Короли Шведские вечными протекторами Украины титуловалися для большой крепости отчизны нашой». Если сейчас по этой, с позволения сказать, проститутской «конституции» жить, то нужно срочно сдать независимость и поступить в подданство шведскому королю – благо, его приемники до сих пор сидят в Стокгольме! Хорошо было бы! И флаг у нас похожий – тоже сине-желтый.Но в XVIII веке Украина не поддержала этот прогрессивный предательский курс. Карл XII, как известно, дал драла из-под Полтавы. А за ним только сверкали пятками Орлик с Мазепой и то ли десять, то ли, по другим данным, восемь тысяч запорожцев. В сражении они не участвовали, так как постоянно валялись пьяными. Как пишет французский историк Вольтер, «с трудом можно было от них добиться, чтобы они не напивались, ибо этим начинали они день». Зато пьянчуги протрезвели к бегству. По уверению пастора Крмана, путешествовавшего вместе с Карлом XII, запорожцы беззастенчиво грабили своих союзников-шведов, когда вместе наперегонки неслись к Днепру. Только швед замешкается, а казачок сразу у него что-нибудь и стырит!
А ЛЕГЛИ ПОД ХАНА! Большинство шведов на переправе капитулировало. А большинство запорожцев, хорошо знавших эти места, наоборот спаслось и переплыло на турецкую сторону. Мазепа вскоре умер, а казаки избрали своим гетманом Орлика и заключили с ним ту самую пресловутую «конституцию».Главным другом Украины этот договор называл хана и требовал, «абы ни в чом з Панством Крымским приязнь и побратимство не нарушилося через своевольных и легкомысленных з нашей стороны людей». Во исполнение этой программы уже в январе 1711 года, когда замерзли реки, запорожцы вместе с татарами пошли в набег на… Украину! Беззащитных крестьян на продажу похватали без счета. Но города не сдавались. Под Белой Церковью войска хана и Орлика застряли до весны, а потом, так и не взяв ее, повернули назад. План предателей провалился. Нужно было как-то обживаться на чужой земле. В XVIII веке территория нынешних Одесской, Николаевской, Херсонской и Донецкой областей принадлежали Крымскому ханству. Тут кочевали татарские орды. По соседству с ними в Алешках на левом берегу Днепра разбили свою Сечь и запорожцы. Она находилась в восемнадцати верстах от того места, где впоследствии Екатерина II заложит Херсон. Но до Екатерины и ее славных войн было еще далеко. А пока казаки признали своим «батюшкой-царем» хана-басурмана. Из «друга» он неожиданно стал хозяином.
КРЫМСКИЙ ОТПУСК. Жилось под ханом запорожцам отвратительно. Татары запретили им строить вокруг Сечи укрепления. Все пушки отобрали. Когда к кошевому атаману хан посылал с инспекцией своего представителя, с ним являлось не меньше двух сотен свиты. «Все сие многолюдство, -- писал историк Аполлон Скальковский, -- должны были казаки содержать на своем коште, кормить их лошадей и при том еще богато дарить сих гостей при их отъезде».Запорожцев заставляли без всякого вознаграждения ремонтировать укрепления на Перекопе. Посылали их в походы на черкесов и молдаван. Не давали бесплатно добывать соль в прибрежных лиманах, обвиняя в спекуляции. За набеги на польские владения крымская власть казаков нещадно штрафовала и приказывала возмещать ущерб. Когда часть татар восстала против хана Менгли-Гирея по кличке Кара (Черный), запорожцы выступили на их стороне. Бунт подавили. Но отношение к бунтовщикам было разным. Всех татар помиловали, а полторы тысячи запорожцев продали на галеры.
ПРОСТИТЕ, ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО! Всего через несколько лет крымского «курорта» казаки уже снова просились в подданство русскому царю! В 1716 году они направили «нижайшую челобитную» гетману Скоропадскому, правившему на Украине, чтобы он ходатайствовал за них перед Петром I. Но справедливый царь, больше всего не любивший разномастных иуд, даже с элегантными оселедцами на макушках, постановил: для полного исправления запорожцам следует еще немножко отдохнуть «в гостях» у хана. Особенно интенсивно процесс перевоспитания пошел, когда уже после смерти Петра ханом стал энергичный Каплан-Гирей. Этот вообще ни с кем не любил церемониться и после очередной жалобы поляков прислал на Сечь ярлык с такими словами: «Если и в дальнейшем будете какое-нибудь воровство и насилие кому-либо причинять, то уже только штрафом не отделаетесь, а всех вас, атаманов и стариков, истребить и разогнать велю. И ты, пан кошевой, если не будешь своих полковников от своеволия удерживать и нас, Панство Крымское, срамом покрывать не перестанешь, то и сам смертной казни дожидайся… В дальнейшем, если какая-нибудь жалоба до нас дойдет, то не будь я ханом, если всех вас не истреблю».Казаки поняли: под царем все-таки вольготнее! Письма с просьбами о прощении посыпались в Петербург мешками! Только император проснется, а ему в Зимний дворец опять очередную порцию казачьих «слез и соплей» несут – от раскаявшихся бывших подданных. Но в столице не спешили прощать негодяев, запятнавших себя сотрудничеством с врагами отечества. И лишь в 1733 году императрица Анна Иоанновна, племянница Петра, направила в Сечь грамоту, в отличие от сочинения Каплан-Гирея, по-бабьи милостивую: «Мы вам прегрешения ваши всемилостивейшее отпускаем в той надежде, что вы те свои прегрешения искупите и в наилучшей и полной верности к Нам будете».В марте следующего 1734 года запорожцы, выстроившись в походный табор, двинулись домой, рассказывая по дороге татарам, что ищут «более спокойных мест». Четверть века бестолковой «эмиграции» закончилось. Только Орлик со своей брехливой «конституцией» подмышкой бегал кругами и умолял вернуться под хана. Но его уже никто не слушал. Что такое басурманская милость, осознали даже самые тупые сечевики.
ЧИСТОПЛОТНЫЕ ТУРКИ И ГРЯЗНЫЕ ТАТАРЫ Для характеристики цивилизации, частью которой оказались запорожские казаки, поступив на службу хану, лучше всего подходят мемуары современников. Уже упомянутый мною пастор Даниель Крман, находившийся в обозе Карла XII, добежал вместе со шведами и мазепинцами до Очакова. Тогда это был провинциальный турецкий город. Чистоплотность турок поразила европейца. Он пишет, что турки раз или дважды в неделю посещают баню, а выбривают не только головы, но и грудь, затылок и даже подмышки. «Сколько раз мусульмане опорожняют пузырь или желудок, -- пишет Крман, -- столько же раз моют срамное место и руки». Но в качестве общественной уборной очаковцы использовали обычный ров вокруг крепостной стены: «Ров наполняется водой из моря. Сюда приходят жители опорожнять свой желудок, не имея другого места, которое бы служило для этой цели. В Очакове проживают волохи, татары, греки и особенно турки, которые продают разный товар, главным образом, имбирь, специи, фиги, инжир, табак и турецкое льняное полотно». Зато кочевые татары Крману не понравились: «Миски и горшки они никогда не моют, грязью и нечистотами не брезгуют. Жен, пока те не родили, законными не признают. Татарские женщины весьма омерзительны, похожи на цыганок». К сожалению, перевод дневника этого путешественника вышел в Украине крошечным тиражом. У нас о нем почти не знают.
АНТИСЕМИТСКАЯ «КОНСТИТУЦИЯ» ОРЛИКА ПРЕСЛЕДОВАЛА «ЗЛОВЕРИЕ ЖИДОВСКОЕ» Авторы современных украинских учебников всю правду о так называемой «конституции» Орлика скрывают. Например, в «Истории Украины» для 8-го класса Виталия Власова написано, что государственной религией она объявляла православие, но ни слова не говорится, что на самом деле документ, сочиненный Орликом, разжигал межнациональную и религиозную рознь. Это был дикий средневековый акт, не имеющий ничего общего ни с гуманизмом, ни с правами человека. Псевдоконституция требовала, чтобы гетман, прежде всего, следил, «абы жадное иноверие в Малую Россию, отчизну нашу, не от кого не было впроваджено». Поэтому иноверцам запрещалась не только проповедь, но даже «сожитие на Украине, а найбарзей зловерию Жидовскому». На то, чтобы не допустить любую веру, кроме православия, гетман должен был «все старанья ложити». Можно только представить, какая резня началась бы, если бы Орлик и его компания захватили власть над гетманщиной! Под управлением веротерпимого и прагматичного Петра I и гетмана Скоропадского, избранного с его подачи, на Украине существовал достаточно разумный режим. Тут спокойно уживались представители различных этнических групп. Никто никого не преследовал по национальному или религиозному признаку. Царь нуждался, прежде всего, в толковых специалистах и ценил их по способностям, а не по происхождению. Ему было не важно, кто из них католик, православный, еврей или малорос. Но отсталому, набитому предрассудками Орлику это не нравилось. Будь его воля, он устроил бы на Украине новую Варфоломеевскую ночь. Но история распорядилась иначе.
ВОЛЬТЕР НАЗЫВАЛ ЗАПОРОЖЦЕВ «ШАЙКОЙ РУССКИХ, ПОЛЯКОВ И ТАТАР»Но и для того, чтобы представить, как воспринимал Запад запорожских казаков, лучше всего дать слово тогдашним европейцам. Венецианский посол Альберто Вимина, ездивший в Украину при Богдане Хмельницком, писал о нашей земле так: «Казаки не заботятся о фабричном деле не по селам, не в городах. На столь обширном протяжении страны не видно каменных домов, исключая Киева: все это плохие хаты… Живут тесно, и зимою в одной и той же комнате помещаются люди и скот. Плохая домашняя утварь гармонирует с постройками, потому что, кроме ножа и горшка, все в доме деревянное. Лишь весьма немногие употребляют простыни; в многочисленной семье разве что на единственной кровати хозяина есть простыня; прочие спят на лавках, на соломе или на какой-нибудь шерстяной тряпке… Казаки если не пьянствуют, то развлекаются лишь танцами, охотой, стрельбой из лука или ружья».К XVIII веку мало что изменилось. Эпоху Мазепы и Орлика описал в «Истории Карла XII» выдающийся французский просветитель Вольтер. Об Украине он пишет: «Это земля запорожцев – самого странного народа на свете. Это шайка русских, поляков и татар, исповедывающих нечто вроде христианства и занимающихся разбойничеством; они похожи на флибустьеров… Летом они всегда в походе, а зимой спят в обширных сараях, в которых помещается четыреста-пятьсот человек. Царь раздал им 60 тысяч флоринов в надежде привлечь их на свою сторону. Они взяли деньги, но, благодаря влиянию Мазепы, объявили себя сторонниками Карла XII. Но они мало служили ему, так как считают смешным сражаться иначе, как ради грабежа».Вольтеру же принадлежит и характеристика Украины, которая справедлива до сих пор: «Плохое управление погубило здесь то добро, которое природа пыталась дать людям».
Олесь Бузина
«Сегодня» 5.03.2007
(примечание составителя: вообще-то у Бузины полно таких сюжетов, но я решил ограничиться одним этим, который показался наиболее ярким)
ЗАПОРОЖСКОЕ КАЗАЧЕСТВО - МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ
Не герои правды и воли
в камыши ховалысь
Та з татарином дружили,
з турчином едналысь.
Павлюкивци й Хмельничане,
хижаки - пьяныци
Дерлы шкуру з Украины,
як жиды з телыци
А зидравши шкуру,
мясом з турчином делились
Поки вси поля кистками
билыми покрылысь.
Пантелеймон Кулиш
(видный украинский историк, писатель,
общественный деятель XIX века)
В современной историографии Украины Запорожскому казачеству отводят центральное место. Оно настолько столбовое, что президентом "Всея Малыя Руси" подписаны указы: "О координационном совете Украинского козацтва", "О национальной программе развития Украинского козацтва на 2002-2005 гг." и, конечно же, "О дне Украинского козацтва", которое отмечается 14 октября.
Из казачества выводят все светлое, благородное, бескорыстное, что было в Малороссии в XVI-XVII веках. Наделяют сечевиков незаурядными качествами устроителей государственности в поднепровских землях, на равных разговаривающих с окружающими империями. Словом, мы являемся свидетелями интенсивной ковки по новой разнарядке очередного культа, замешанного на мифах, легендах, поверхностных исторических изысканиях, а то и просто подтасовке фактов.
Откуда пошло и что есть казачество, это бесспорно крупное социальное явление своего времени?
Истоки казачества. Толкований происхождения слова "казак" множество. Встречаются совсем уж экзотические. Например, движения казаков в набегах столь легки и бойки, что напрашивается сравнение с горными козами, непринужденно и грациозно скачущими по склонам. Наиболее часто встречающееся определение, укоренившееся даже в советских энциклопедиях, происходит якобы от тюрко-татарского - свободный, вольный человек. Несомненно, что подобное толкование явно идеологизировано и как устраивало советских историков, так устраивает и "новейших" украинских. Ведь определение "свободный, вольный человек" полностью укладывается и в марксистскую идеологему борьбы классов и социальных групп за экономические и политические свободы, и в националистическую, напирающую на то, что Украина ведет свое государственное начало от этих свободолюбивых светлых личностей. На самом деле, как аргументированно доказывал украинский историк конца XIX века П. Голубовский в работе "Печенеги, торки, половцы", слово "казак" половецкого происхождения, означающее всего лишь "страж, охранник".
Я не буду пересказывать историю возникновения Запорожской Сечи, она примерно одинаково рассказана во всяких учебниках, коснусь некоторых сторон казачества, которые намеренно скрываются или искажаются в угоду последним идеологическим установкам.
Истоки казачества берут свое начало в дикой степи эпохи хищных орд печенегов, половцев и татар. В те времена южные "украины" Руси буквально "дышали разбоем". Многочисленные ватаги "джентльменов удачи" добывали "хлеб насущный" легким промыслом - грабежами и налетами. Впоследствии часть Черных Клобуков (смешанные остатки печенегов, торков, берендеев, половцев и др.) осела в Приднепровье, смешалась с русским населением, христианизировалось, но часто по-прежнему промышляла воровством. Ведь сабля сулила больший навар, чем каждодневный, до седьмого пота, труд в крестьянском хозяйстве. Именно эта гремучая смесь народов, по мнению Костомарова, "положила начало южнорусскому казачеству". Вся терминология казачества заимствована у степных соседей. Например, слово "чабан", означающее пастуха овец и прочей крупной живности, взято у татар. "Атаман" происходит от татарского "одаман" - начальник чабанов сводного стада. Сводное стадо называлось "кхошем". Отсюда казацкое "кош" (становище, лагерь или сборное место) и "кошевой атаман". Из степного же лексикона - "курень" и "куренной атаман". Курень у тюркомонгольских народов означал кибитки, поставленные в круг. Даже внешний вид запорожских казаков: баранья шапка, вислые усы, чуб, роскошные шаровары - это стопроцентная азиатчина, унаследованная от разбойных шаек степняков. Тюрко-половецкое воздействие на формирование украинского этноса несомненно. В украинский язык вошло более 200 тюркских слов (к сведению, из польского языка заимствовано около 2 000. Если не верите, откройте польско-украинский словарь и убедитесь в этом сами). Курінь, куркуль, кавун, кош, килим, бугай, майдан, казан, кобза, козак, лелека, ненька, гаманець, тин, байрак, галаган, капщук, могорич, кохана... - все эти слова, ставшие нам родными, тюркизмы.
По сведениям П. Кулиша, в XVI веке национальный состав Запорожской сечи был интернациональным, собственно славянского элемента в ней набиралось не более половины, много было поляков, турок, татар, армян, черкесов, мадьяр и прочих выходцев из неправославных стран. Такая разноплеменная масса по определению не могла быть ревнителем православия. Потому так часты были союзы сечевиков с бусурманами - турками и крымскими татарами даже во времена Богдана-Зиновия Хмельницкого. Номинально казаки были православной веры, но современники усматривали в их жизни больше безверия. Православный шляхтич Адам Кисиль, бывший у казаков представителем короля, писал, что у запорожцев вообще "нет никакой веры". Петр Могила, основатель киевской духовной академии, презрительно называл их "ребелизантами" (нестойкие, скандальные люди, поднимающие шум по любому поводу. - А.Д.).
Вот описание церкви в Сечи из гоголевского "Тараса Бульбы": "Притом же у нас храм божий - грех сказать, что такое. Вот сколько лет уже, как по милости божией стоит Сеча, а до сих пор не то уже чтобы наружность церкви, но даже внутренние образа без всякого убранства. ...Они только то и получили, что отказали в духовной (завещании. - А.Д.) иные казаки. Да и даяние их было бедное, потому что они почти все еще пропили при жизни своей". Отмахиваться от классики потомка польских шляхтичей Николая Гоголя-Яновского нет оснований. Николай Васильевич глубоко изучал малороссийскую историю и карьеру свою начинал в Петербурге с преподавания истории.
Приведу еще высказывание на тему генетических корней казаков (и малороссов в целом) авторитетного для каждого украинца ревнителя и собирателя малороссийской старины М.А. Максимовича: "Массу ее (Малороссии) составляли не одни племена славянские, но и другие европейцы, а еще более, кажется, азиатцы. ... Отвага в набегах, буйная забывчивость в весельи и беспечная лень в мире; это черты диких азиатцев - жителей Кавказа, которых невольно вспомните и теперь, глядя на малороссиянина в его костюме, с его привычками". ("Малороссийские песни", собр. М.А. Максимовичем. 1827 г.)
Для проповедников теории происхождения украинцев и их "элиты", запорожских казаков, от мифических ориев (ариев) напомню слова великого Кобзаря: "Чого ж вы чванитесь, вы - сыны сердешной Украины".
Характер казачества. Многие авторитетные украинские историки и историки-украинофилы конца XIX века, такие, как П. Кулиш, Н. Костомаров, М. Драгоманов, в молодости были очарованы казацкой вольницей. Молодые пылкие умы рисовали казаков "пионерами земледелия, распахивателями целины в Диком Поле". В казацком устройстве они склонны были видеть благородные, демократические начала и даже называли Сечь "коммуной". Крепко оскорблялись на тогдашний общий взгляд, усматривающий в казаках разбойничий элемент. Шло время, апологеты казатчины взрослели, набирались жизненного опыта, профессиональных знаний, расширяли свой кругозор, и их точка зрения "на романтиков с большой дороги", работников сабли и кистеня круто менялась. Рука вчерашнего казакомана уже выводила: "Не герои правды и воли в камыши ховались...". Пантелеймон Кулиш - сподвижник и друг Шевченко, в украинской иерархии "значных" людей, твердо удерживавший второе место десятилетним архивным поиском для своего капитального труда "Польская колонизация юго-западной Руси" - опрокинул украинскую общественность в состояние прострации. Ведь от него ждали совершенно другого. Но пан Кулиш, посыпав голову пеплом, публично отрекся от заблуждений молодости, обозвав свои ранние работы "компиляцией тех шкодливых для нашего разума выдумок, которые наши летописцы выдумывали про ляхов, да тех, что наши кобзари сочиняли про жидов, для возбуждения или забавы казакам пьяницам...". Мало того, разочаровавшийся Пантелеймон Александрович подверг сомнению значение творчества самого Кобзаря, не без основания утверждая, что все его поэмы псевдонародны и явно подражательны.
Сходная эволюция произошла с Николаем Костомаровым. Николай Иванович искренне любил Малороссию и себя считал малороссом (мать его была крепостная украинка, на которой женился воронежский помещик Иван Костомаров). Этот крупный историк, уже в зрелые годы работая над эпопеей "Богдан Хмельницкий", был ошеломлен, когда ненароком натолкнулся в архивах на две турецкие грамоты Мехмет-султана к Хмельницкому. Из них явствовало, что славный гетман с 1650 года являлся данником "турчина", т.е. был подданным османской империи. В тот год султан послал Хмельницкому "штуку златоглавую" в придачу к расшитому золотом кафтану, "чтобы вы с уверенностью возложили на себя этот кафтан, в том смысле, что вы теперь стали нашим верным данником". Шаткость, непостоянность, переметчивость во взглядах и поступках были природными свойствами неспокойного воинства. Постоянным и неизменным у вольной орды было одно - хапнуть как можно больше "привелеев". Ради этого казак готов был "служить на все четыре стороны" (по меткому выражению историка Ключевского).
В 23-х Переяславских статьях речь идет почти исключительно о корыстных интересах казаков. "Пашенному крестьянину" (вынесшего основные тяготы освободительной войны) определялось тянуть и дальше лямку панщины: "...а кто пашенный крестьянин, тот будет должность обыклую его царскому величеству отдавать, как и прежде сего" (ст. 17). Эти хищники в "красных революционных шароварах" даже не оговаривают снижение "тягла" барщины с 4-5 дней, как было при панах, до 2 дней, как повелось в землях царя Алексея Михайловича, под руку которого они просились. Казаки лихо перехватили у польской шляхты все ее права, в короткое время сделавшись крупнейшими помещиками-крепостниками России. Помните у Пушкина: "Богат и славен Кочубей. Его поля необозримы; / Там табуны его коней пасутся вольны, не хранимы". Гетьманы строго следили, чтобы крестьяне не имели вольного перемещения. В частности, по приказу Мазепы полтавский полковник всех уходящих из Малороссии (в основном от казацкой неволи бежали в Россию на слобожанщину) "не только переймал, грабил, забурал, вязеннем мордовал, киями бил, леч безпощадення вешати расказовал" (Лазаревский, украинский историк XIX века). "Насилие, захват, обман, вымогательство, взяточничество - вот содержание того волшебного котла, в котором перекипела более удачливая часть казачества, превращаясь в благородное дворянство" (Я. Ефименко. Укр. историк XIX века). Одним словом, как заметил Михайло Драгоманов: "Переяславские статьи писали казаки и думали про самих казаков". Вот откуда тянется шлейф крепостного права на Украине и матушка Екатерина здесь ни при чем. Она своим указом лишь застолбила то, чем более ста лет крутила туземная казацкая старшина. Да и в добывании дворянского звания казачки выказали хищную хватку. Если царю Алексею Михайловичу присягали едва ли больше трех сотен шляхтичей, то уже при Екатерине Великой 100 тысяч соискателей звания "дворянин" из Малороссии завалили императорскую комиссию документами, выправленными в славном городе Бердичеве, удостоверяющие их родовитое панство. И что бы вы думали - императрица махнула рукой на эту хищную орду и большинству подмахнула их шляхетское происхождение. Кстати, поиски родовитых предков продолжаются и по сей день. Услужливые исследователи накопали, что Виктор Ющенко - потомок последнего кошевого атамана Запорожской Сечи Петра Кальнишевского. А как же иначе. Не может такой высокий человек быть "подлого" происхождения (так в старину называли простолюдинов).
Гультяйство казаков не имело границ. Им было глубоко безразлично, где "добывать жупаны" - у бусурман или у православных. Сечевики лихо "розбивали по Черному морю христианске купецтво заодно с бусерменским, а дома плиндрували руськи свои городи татарским робом" (П. Кулиш). Известен анекдотичный случай, который приводят многие историки. В 1581 году в Сечь заявился "замотавшийся польский шляхтич" Самуил Зборовский. Дела его были плохи, имение свое промотал, кредиторы взяли за горло, ничего не оставалось, как двигать в казаки. Явившись в Сечь, подбил скучающих от безделья "лыцарей" махнуть в московские земли и там славно показаковать. И уговаривать не надо, лихая братва, утомленная от беспробудного пьянства, дружно заголосила: "В гетманы пана Зборовского!" И, натянув на тощие животы дырявые шаровары, тотчас выступила в поход. Но только подошли к границе, словно стукнуло что-то новоизбранного гетьмана. Скорее всего он не ко времени вспомнил, что совсем недавно Иван Васильевич Грозный бойко переловил и без проволочек перевешал (а кого и на кол посадил) несколько сотен новгородских ушкуйников, промышлявших разбоем на Каме и Волге. Сердце авантюриста ойкнуло, живо представилось, как осиновое острие царского кола с неумолимой точностью входит в дупу. Оглянувшись на свою расхристанную бригаду и почесав в потылице, предложил забыть о Москве и двигать в Персию. Обескураженная неожиданным поворотом дел, казацкая общественность стала мусолить белое лицо демократично избранного гетьмана увесистыми кулаками, пропахшими табаком и сивухой. Скорее всего, по привычке забили бы насмерть, не окажись пан Зборовский на удивление вертким и велеречивым. Дело кончилось выбитыми зубами и помятыми боками. Казачки тряхнули чубами и повернули в прикаспийские степи, согласившись с доводами атамана, что для казацких задниц это будет безопасней.
Сохранились любопытные воспоминания московского попа, посетившего в начале XVIII века стан знаменитого фастовского полковника Палия: "Вал земляной, по виду не крепок добре, да сидельцами крепок, а люди в нем что звери. По земляному валу ворота частыя, а во всяких воротах копаны ямы. Там Палиевщина лежит человек по двадцати, по тридцати; голы что бубны, без рубах нагие страшны зело. А когда мы приехали и стали на площади, а того дня у них случилось много свадеб, так нас обступили, как есть около медведя; все казаки палиевщина, и свадьбы покинули; а все голудьба беспорточная, а на ином и клочка рубахи нет; страшны зело, черны, что арапы и лихи, что собаки: из рук рвут. Они на нас стоя дивятся, а мы им втрое, что таких уродов мы отроду не видали. У нас на Москве и Петровском кружале не скоро сыщешь такого хоть одного".
Доставалось от казачков не только имевшим несчастье попасться на их пути, но и старшине с отцами-гетманами. Что не так, запросто хватали, сыпали песок за пазуху - и в воду. Гетманы предусмотрительно держали подле себя многочисленную наемную охрану из инородцев. Как отмечал летописец, Мазепа "силен был сердюками" сначала из стрельцов, позже из поляков. Но это не всегда спасало, мало кто из них умирал в своей постели. Заступивший на место растерзанного толпой казаков гетмана Брюховецкого Демьян Многогрешный со слезой в голосе признавался: "Желаю прежде смерти сдать гетманство. Если мне смерть приключится, то у казаков такой обычай: гетманские пожитки все разнесут, жену, детей и родственников моих нищими сделают; ...когда я лежал болен, то казаки собирались все пожитки мои рознести по себе" (С.М. Соловьев).
Запорожская Сечь знала только два состояния: набег в окрестные страны, включая свое государство, и широкая, без конца и края, веселая всеохватная гульба, пока в карманах шаровар от удачного грабежа "звенела возможность". В этой вольнице не могло зародиться ни гражданское чувство, ни государственное начало, подразумевающее повседневную дисциплину, субординацию, ответственность и чувство долга перед окружающими. Вся философия казацкого бытия укладывалась в первобытное: "Пока жита, поты быта" (живи пока живется). На все вокруг бродячая, беспокойная масса смотрела как на потенциальную добычу - "казацкий хлеб". Европой, римской культурой и правом здесь не пахло, поэтому приравнивать казацкие ватаги к европейским рыцарским орденам - явная натяжка. Казацкое братство было классическим образчиком охлократии (власть толпы).
Но в любой, даже черной душе теплится искра, зажженная Создателем, так и в загибах дремучей казацкой души, наверняка, скреблась мысль, что набеги ради наживы не есть праведное, богоугодное дело. Потому, когда в Запорожье приехал обиженный неправдой коронный сотник Богдан Хмельницкий (его малолетнего сына запорол насмерть польский шляхтич Чаплинский) и бросил лозунг: "Будем защищать церковь православную и Землю Русскую!", - казацкая совесть была приободрена. Появилась высокая идея, оправдывающая погром польской шляхты. Призыв Хмельницкого горячо поддержали. Однако очередной бунт, несомненно, завершился бы эшафотами и кострами на Варшавских площадях, если бы на выступление казаков не откликнулось малороссийское крестьянство. Именно оно перевело очередной казацкий бунт в русло народно-освободительной войны, не дало верхушке казаков ограничиться собственными привилегиями, отобранными у польского короля. Прежде всего, малороссийский (украинский) народ заставил идти корыстолюбивых старшин и гетманов до конца, до полного воссоединения с "единокровной и единоверной" Россией. Время подтвердило правильность исторического выбора. Шансов у миллионного народа отстоять в одиночку право на существование в изнурительной войне с 11-миллионной Польшей не было совсем. Все бы завершилось окончательной, бесповоротной полонизацией и превращением Поднепровья в одну из провинций Великой Польши. Не было бы сегодня повода с пафосом говорить, что Украина - крупнейшее европейское государство.
А. ДАЛЬСКИЙ
«Дуэль» №26 – 2007
«Голе, босе і з шаблюкою»
Украинское казачество — попытка контрмифологии
Александр ПАНАСЕНКО
...Почему-то так исторически сложилось, что мировоззрение среднестатистического украинца имеет черно-белый окрас. Мы не любим полутонов и категорически разделяем на «плохое — хорошее» все: людей, события, явления, не говоря уже о нашем прошлом, которое было не лучше и не хуже, чем у других народов, — оно просто было другим.
Нам не повезло только в том, что большей частью история Украины как территории и украинцев как нации происходила на окраине общемировых процессов. В тех же случаях, когда на нашей земле имели место действительно серьезные (а подчас — и ключевые) события международного значения, мы оказывались несамостоятельными в государственном плане, а потому воспринимались за рубежом в контексте то имперской России, то Польши, то СССР, выглядя в глазах иностранцев частью соответствующих этносов.
Так формировался наш национальный комплекс неполноценности, а вместе с ним — и желание доказать, что «мы — не хуже всех». В итоге возникали мифы и легенды, имеющие мало общего с действительностью, зато сильно тешащие национальное самолюбие.
Наиболее распространенный героический эпос как продукт народного творчества, растянутый в веках, — это история запорожского казачества. Но, опять же, явление это было локализовано узкой по масштабам территорией — средним и нижним течением Днепра и побережьем Черного моря и, кроме того, никак не влияло на расстановку сил в Европе и тем более — в мире.
Так у идеологов национального возрождения XIX — начала ХХ вв., равно как и у их нынешних последователей, возникла очень трудная по своей сути задача, которую емко сформулировал современный отечественный юморист: «Довести всьому цивілізованому світові, що оце голе, босе і з шаблюкою — є лицар».
А доказывать это — действительно искусство, поскольку при ближайшем рассмотрении усредненный запорожец имеет общего с классическим образом рыцаря не больше, чем «Запорожец» с «Лексусом». Основные составляющие (мотор, колеса, руль, педали) и принцип функционирования вроде одни и те же, но какая ощутимая разница в мощности, формах, качестве исполнения и как следствие — в возможностях.
Цели перед собой казаки тоже ставили чаще все узкие, мало связанные с идеей государственности либо какой-нибудь иной глобальной миссией вроде завоевания Гроба Господня. На протяжении 100 лет, начиная с предполагаемого момента возникновения (конец XV века), Запорожская Сечь и ее обитатели мало были обеспокоены воплощением в жизнь столь масштабных проектов, отдавая предпочтение набегам на Крым и Турцию с целью банальной наживы, или же, выражаясь более корректно, — добычи средств к существованию.
Т. е. речь шла о привычном для средневековья пиратстве (как морском, так и сухопутном), которое в описываемые времена было сродни современному профессиональному спорту, т. е. — рискованным, травмоопасным и даже смертельным занятием, но в случае успеха обеспечивало победителей хорошими «призовыми», избавляя их от необходимости горбатиться на пашне или в ремесленном цехе.
Гетман-авантюрист
В этой связи обращает на себя внимание личность предполагаемого «отца-основателя» Запорожской Сечи как стационарного военного поселения (середина XVI века) — Дмитрия Вишневецкого, прозванного Байдой (впрочем, до сих пор не доказано, что это одно и то же лицо). Отпрыск одного из наиболее знатных и богатых (в современной терминологии — «олигархических») княжеских родов Польши и Литвы, как это часто бывает с людьми, у которых все есть, похоже, просто не знал, чем заняться, — перечень развлечений в его эпоху был куда скромнее, чем сегодня.
Вот он и решил «щекотать» себе нервы набегами на «басурман», для чего построил на острове Хортица замок, ставший центром притяжения для «джентльменов удачи», рассредоточенных по днепровским плавням (и при этом далеко не всегда по этносоставу — наших предков как нации).
Так у запорожцев появилась своя организация — и в этом главная заслуга Вишневецкого, который, возможно, этой деятельностью преследовал вполне конкретную личную стратегическую цель — взять под свой контроль Крым для создания на его территории династической монархии.
Для этого он как частное лицо (!) вступал в союз то с Литвой, то с Московией, руководство которых все время подбивал на войну с татарами. Когда эти замыслы реализовать не удалось, князь обратил свои авантюрные помыслы еще на один «плохо лежащий земельный участок» — Молдавское княжество, которое как раз переживало период феодальных междоусобиц, трон господаря (монарха) пустовал, а потому можно было рискнуть, что Вишневецкий и сделал — и проиграл. Попал в плен, был выдан Турции, в политическую орбиту которой все больше втягивалась Молдова, а потому официальный Стамбул весьма ревниво относился ко всяким претендентам на эту территорию. Байда был казнен путем вешания на крюк за ребро, хотя, возможно, это всего-навсего красивая легенда — аристократов такого ранга в традициях того времени обычно держали для выкупа.
Для сравнения: в 1620 г. в битве под Цецорой в турецкий плен попал молодой и мало кому тогда известный Богдан Хмельницкий, который был куда как менее знатен, нежели Вишневецкий, — обычный мелкопоместный польский шляхтич. Тем не менее его никто не казнил и на галеры не посылал — «товар» бережно охраняли на протяжении двух лет, пока Хмельницкого не выкупила мать.
В любом случае князь Дмитрий Вишневецкий на роль национального героя (тем более — на выпуск Нацбанком памятных монет из драгметаллов в его честь, как это было сделано в 1999 г.) никак не тянет по уже указанной причине — Украина и украинство для него не значили ровным счетом ничего. Хотя бы потому, что его род вел свое начало от великого князя литовского Ольгерда.
По крайней мере эта генеалогия считалась достоверной до последнего времени и мало кем оспаривалась. Но недавно появились попытки сделать Вишневецкого потомком «турово-пинских Рюриковичей», т. е. — прямой линии основоположника династии великих князей киевских.
Налицо попытка изобразить Байду истинным славянином по крови, что, увы, трудно осуществимо, ибо был он, скорее всего, все-таки литовцем, на что указывает хотя бы тот факт, что согласно «литовской версии» основоположником рода Вишневецких был сын великого князя Ольгерда — Федор Корибут. А спустя 100 лет после смерти Байды-Вишневецкого королем Речи Посполитой был избран представитель его рода — Михаил Корибут. К тому же «Корибут» — название герба Вишневецких, и он имеет четко определенное литовское происхождение.
И последнее о Вишневецких. Отец Михаила Корибута — Иеремия (Ярема) Вишневецкий слыл самым непримиримым и жестоким противником всего украинского и люто ненавидел казаков, с которыми во время войны Хмельницкого (1648 — 1657 гг.) боролся огнем и мечом.
Король-заговорщик и его друг Богдан
В целом казачество в качестве некоего коллективного выразителя национальных интересов начало восприниматься с конца XVI века — с момента заключения Брестской унии 1596 г., которая поставила православных, коими были большинство украинцев (включая и местную шляхту), в положение религиозного угнетаемого меньшинства.
Поэтому можно без риска ошибиться констатировать: Польша и поляки, сами того не желая (вернее — преследуя прямо противоположную цель), лучше любых идеологов и светочей национально-патриотической мысли способствовали первоначальной консолидации жителей Украины в единый этнос, осознанию ими себя некой общностью, а также приданию Запорожью статуса центра защиты униженных и оскорбленных.
При этом, говоря о казаках XVII века, не стоит забывать о серьезном социальном расслоении внутри их среды, где существовало деление на реестровых казаков, которые находились на официальной военной службе у польской короны, будучи внесенными в специальные списки (реестры) с четко фиксированным количеством человек (число варьировалось), и собственно запорожцев.
Таким образом, казачество в Речи Посполитой было «легальным» и «нелегальным», нередко вступая в конфликт между собой. Фактически все казацкие восстания первой половины XVII века, пик которых пришелся на 1630-е годы, были не чем иным, как борьбой нереестрового казачества с реестровым (желающие могут убедиться в этом, поинтересовавшись, например, причинами и ходом восстаний Федоровича, Павлюка, Острянина) за право быть включенным в число избранных.
Ни о каком национальном (и уж тем более — государственном) возрождении речь не шла — запорожцы просто хотели уравняться в правах с реестровиками или же, говоря по-иному, — поступить на официальную и оплачиваемую службу к польским королям, чтобы пользоваться соответствующими льготами и привилегиями. Кто следит за процессами в современной украинской политике, найдет прямую параллель в этой мотивации и может сделать вывод: современная «элита нации» в своих устремлениях является достойным наследником украинского казачества.
Здесь вполне уместен вопрос: как в таком случае Богдану Хмельницкому удалось подвигнуть народные массы на восстание, полностью изменившее геополитическую карту Восточной Европы и определившее развитие украинских земель на столетия вперед?
Начнем с того, что простым людям в шляхетской Польше действительно было плохо и в религиозном, и в экономическом, и в социальном, и в этническом плане. «Язва» зрела полстолетия, ее никто не лечил (наоборот — польское панство, будучи далеким от такого понятия, как мудрость, своими действиями только усугубляло ситуацию), и «прободение» должно было наступить обязательно. Кроме того, на Запорожье накопилась критическая масса вооруженных людей, которым хотелось «настоящего дела», но не было достойного предводителя (при этом им было без разницы — резать ляхов или татар с турками, лишь бы размер добычи соответствовал затраченным усилиям).
Хмельницкий, как это часто бывает с личностями, которые становятся историческими фигурами, оказался в нужном месте в нужное время. При этом не стоит забывать первопричин его «фронды» — Богдан Михайлович был реестровым казаком, мелкопоместным шляхтичем, то бишь — дворянином, владел имением в Суботове (ныне — село в Чигиринском р-не Черкасской обл. с населением в 875 жителей). Но хотел большего, для чего рискнул ввязаться в политическую интригу общепольского значения — король Владислав IV Ваза, похоже, решил перестать быть посмешищем всей абсолютистской Европы, которую забавляла выборность польских монархов и их полная зависимость от шляхты. Для этого он исподволь начал готовить государственный переворот, имеющий целью укрепление личной власти.
На польскую шляхту Владислав опереться, естественно, не мог — она не стала бы подрубать сук «вольностей», которыми пользовалась с деда-прадеда, а вот украинское дворянство (прежде всего — казацкая реестровая старшина), считавшее себя ущемленным во всем, вполне могло стать опорной базой для «зашлого шведа», коим, собственно, и был польский монарх (т. е. он не был для поляков «своим», как и украинцы).
К тому же Владислав — это тот самый королевич, который во время Смуты в России был провозглашен московским царем и пытался утвердить свою власть в Первопрестольной прежде всего с помощью казаков во главе с гетманом Сагайдачным. Благодарность за это сотрудничество у него осталась на всю жизнь. Поэтому не было ничего удивительного в том, что король, готовясь выступить в союзе с прочими европейскими монархами против Турции, основой своей армии решил сделать реестровое казачество, о чем в апреле 1646 г. провел переговоры с делегацией, среди членов которой был и Хмельницкий.
Косвенные данные указывают на то, что Владислав пытался воспользоваться моментом и под видом военных приготовлений добиться от сейма увеличения числа реестровиков до 20 — 40 тыс. Неизвестно, были бы они посланы на турецкий фронт, но то, что вся эта сила очень бы пригодилась королю для решения внутригосударственных задач — несомненно (среди отечественных историков бытует версия, что украинцам за эту помощь была обещана широкая национально-государственная автономия с перспективой унии, т. е. — равноправного присоединения к союзу Польши и Литвы).
Похоже, у властей на местах возникли подозрения насчет сговора Владислава с казацкой старшиной (кстати, сейм «прокатил» проект турецкого похода), и она повела себя адекватно ситуации — начала репрессии против предполагаемых заговорщиков. Так случился знаменитый «наезд» на Суботов, после чего Хмельницкий, опасаясь за свою жизнь, сбежал на Запорожье, которое, как отмечалось выше, «кипело» от безделия...
Хмельницкий и Мазепа — неудавшиеся монархи
То, что Богдан не рассчитывал на столь широкий резонанс своего начинания, уже давно ни для кого не секрет. Историки до сих пор ломают голову и так и не пришли к единому мнению, размышляя над проблемой — почему Хмельницкий, полностью разгромив в 1648 г. в нескольких битвах всю польскую армию, не рискнул идти на Варшаву, в которой как раз начался период «бескоролевья» (Владислав IV умер 19 мая 1648 г. — не исключено, ему в этом «помогли») — лучшего момента для того, чтобы диктовать свои условия полякам, казалось, и желать не приходится. Однако гетман дождался, пока поляки не избрали нового короля, которым стал брат покойного — Ян Казимир, объявил, что удовлетворен таким выбором, и повернул с Галичины на Великую Украину.
Объяснить такое поведение можно было разве тем, что Богдан Хмельницкий не имел хоть какой-либо программы действий — события развивались слишком стремительно, он испугался размаха той стихии, во главе которой оказался волей случая, и был готов ограничить свои претензии к польской короне стандартными требованиями реестровых казаков, что нашло отображение в Зборовском договоре 1649 г.
Это уже несколько позже гетман вошел во вкус и задался вполне резонным вопросом: «А почему бы и не поцарствовать самому?» Так возникла идея самостоятельной украинской государственности, построенная на субъективном восприятии одного человека.
Замысел мог оказаться вполне удачным (повторимся — историко-политическая ситуация способствовала этому), но у Хмельницкого, что бы там ни утверждали его нынешние апологеты, несмотря на замечательные организаторские и полководческие способности, были весьма посредственные задатки государственника и дипломата.
Достаточно вспомнить, что он трижды брал в военные союзники крымского хана — и три раза тот предавал его во время ответственных битв. Это не говоря о том, что записывать в «друзья» татар, которые имели привычку ездить в Украину за добычей, было не очень умным шагом с точки зрения народной поддержки. Но вот как раз на народ как таковой Богдан мало обращал внимания — он то и дело обязывал крестьян, которые не являются казаками, уходить из войска домой, и это была еще одна крупнейшая стратегическая ошибка гетмана — он ослаблял свою «электоральную базу».
Его метания между Польшей, Москвой, Крымом, Швецией, Турцией свидетельствуют о неуверенности в завтрашнем дне, своих силах и перспективах, т. е., опять-таки, — об отсутствии глобального государственного мышления и сильной воли.
Если Богдан Хмельницкий и заслуживает похвалы, то только за то, что дал людям, населявшим территорию современной Украины, почувствовать, что они могут самостоятельно влиять на серьезные процессы. Но на этом — все. И здесь прослеживается прямая параллель между самым известным гетманом Украины и нынешним ее президентом...
Преемники Хмельницкого (включая его сына Юрия) бездарно растеряли даже тот небольшой задел украинской государственности, который он создал. И тут проявились еще несколько характерных черт украинского казачества, а именно: неспособность выдвинуть из своей среды сильную фигуру (они, безусловно, были, но хваленая «запорожская демократия» отдавала предпочтение легко управляемым сереньким бездарям), а также — постоянная тенденция к социально-имущественному расслоению.
Последнее очень важно для понимания социальной роли (вернее — ее отсутствия) украинского казачества в XVIII веке. Ликвидация деления не реестровых и нереестровых ничего не решила — война Хмельницкого выдвинула из казацкой среды верхушку, которая в дальнейшем стремилась исключительно к личным благам, используя народные массы в качестве инструмента.
Этот момент не хотели замечать польские короли, но российские цари и императоры гениально сыграли на подобном самолюбии, уравняв старшину в правах с российским дворянством, после чего «элита нации» как-то очень быстро забыла об идеалах государственности и прочих высокопарных вещах...
Иван Мазепа не в счет — это был хитрый человек, который, подобно Хмельницкому, хотел воспользоваться моментом (приходом в Украину шведов) и создать личную монархию, прекрасно понимая, что союзники у него ничего не отберут, поскольку надолго не задержатся — слишком уж далеко они забрались от своей Скандинавии вглубь континента. Но чутье подвело старого гетмана — он по наивности решил, что император Петр I сильно ослаблен многолетней войной со Швецией, и достаточно одного толчка, чтобы Российская империя рассыпалась. Из этого следует: Мазепа был никудышным стратегом и глобальным мышлением не обладал. Что неудивительно — истории не известны ни великие битвы, в которых он принимал участие, ни его выдающиеся дипломатические достижения.
Да и то сказать — разве мог разумный человек, понимающий, что не имеет необходимой поддержки в обществе, решиться на столь серьезную самостоятельную игру? А Мазепа, как показали события, авторитета среди украинцев не имел (что лишний раз свидетельствует о пропасти между казацкой аристократией и простым народом), а раз отважился на старости лет на подобную авантюру, то явно не от большого ума.
Просто решил человек рискнуть (Мазепа с младых лет отличался авантюрным характером) подобно одному из своих предшественников — Дмитрию Вишневецкому — и тоже проиграл.
Причем тут Украина и ее независимость?
А чем князья — не казаки?
Безусловно, казачество было важным фактором в истории и развитии украинского народа, но в большинстве случаев оставалось «вещью в себе», постепенно скатываясь к кастовости. Недаром в свидетельствах современников-иностранцев казаки четко отделяются от остальных жителей территории современной Украины. Чаяния и устремления этих двух групп тоже зачастую не совпадали. В итоге, кроме войны Хмельницкого, казачество никаких масштабных деяний национально-государственного значения не совершило, хотя поводов для этого было более чем достаточно.
Простое сравнение — Польша (вернее — ее часть) находилась под властью Российской империи 124 года (1793 — 1917 гг.), пребывая при этом в куда более привилегированном положении, нежели Украина. Тем не менее поляки за это время подняли три крупнейших восстания (1794, 1830 — 1831 и 1863 — 1864 гг.), подавляли которые регулярные армейские части во главе с полководцами уровня Суворова и Паскевича.
Украина же за 300 лет «гнета» не сподобилась ни на одно подобное событие, несмотря на наличие (до последней четверти XVIII века) казачества, т. е. — постоянно вооруженного ядра, которое по логике вещей и должно было выступать выразителем и защитником национальных интересов.
Но «ядро» оказалось неспособным даже защитить само себя — та легкость, с которой в 1775 г. по приказу Екатерины была разрушена Запорожская Сечь, является не национальной трагедией, как пытается преподнести новейшая идеология, а национальным позором. Но признать подобное — значит, лишить прошлое Украины героики, которой и так, откровенно говоря, негусто.
Для качественной же идеологической разработки очень хорошо подходит княжеский период нашей истории, но концентрация на Киевской Руси (бывшей, в отличие от Запорожья, действительно влиятельным фактором европейской политики), которую абсолютно обоснованно считают «своей» также и русские с белорусами, вынуждает «делиться» славой с соседями, от родственных связей с которыми в определенных кругах украинского политикума (куда входят и некоторые первые лица государства) сегодня принято открещиваться.
Вот и приходится создавать миф, а точнее — сказку о мужественных, только нашему былому присущих (тоже, кстати, вопрос спорный) казаках-рыцарях и их мудрых предводителях-гетманах, которые 300 лет только то и делали, что мечтали о независимой Украине и героически боролись за это. Но почему-то у них ничего не получилось.
Почему? Если попытаться углубленно разобраться в этой проблеме, можно достичь результата, прямо пропорционального желаемому. Поэтому отечественные историки в ближайшее время этого делать не будут. А может, и никогда не сделают — поскольку народу нужны мифы. И неважно — сложены они о казаках, о президенте или о красивой, но совершенно бесполезной вещи, только что поступившей в торговую сеть.
Цель одна — «впарить товар» (прошу прощения за фразу, но она наиболее емко отображает суть происходящего). И самое обидное — народ на это «ведется»...
«2000» 30.03.2007
Флибустьеры из Запорожья
Виктор Губарев
Известно, что запорожские казаки прославили свое имя походами не только на суше, но и на море. Впрочем, в отечественной историографии эти экспедиции описывают преимущественно как военные походы с целью защиты украинских земель от агрессии со стороны Османской империи и Крымского ханства. Так, например, В. И. Сергийчук в книге «Именем Войска Запорожского» (Киев, 1991) отмечает:
«Походы на море были вызваны к жизни необходимостью защиты отечества — и это следует подчеркнуть,— а не грабительскими намерениями, как это иногда представляют отдельные исследователи».
В подобного рода оценках, без сомнения, много патриотизма, но мало научной достоверности. Анализ многочисленных исторических документов XVІ — первой половины XVІІ вв. свидетельствует о том, что в те ранние времена своей истории запорожские казаки руководствовались, прежде всего, своими корпоративными, а не национальными интересами. С самого начала их сообщество было многонациональным. Не случайно польский посол Л.Пясочинский в 1601 г., отвечая на жалобы турецкого правительства, утверждал, что среди запорожцев были «и поляки (то есть украинцы,— В. Г.), и московиты, и волохи, и турки, и татары, и евреи, и вообще люди всякого языка». Это полиэтническое образование, которое сформировалось на «ничейных», пограничных землях за днепровскими порогами, не подчинялось никому на свете, постоянно пополнялось изгоями, выходцами из различных социальных слоев, руководствовалось своими собственными законами и обычаями и существовало за счет добычи, которая захватывалась во время многочисленных сухопутных и морских походов. Г. Красинский в книге «Казаки Украины», которая была издана в Нью-Йорке в 1985 г., справедливо отмечал, что запорожцев «можно сравнить... с их современниками, знаменитыми флибустьерами XVІІ века». Действительно, образ жизни, нравы, обычаи и тактика морских операций запорожских казаков и флибустьеров Вест-Индии имеют много общего.
Свои разбойничьи рейды на Черное море запорожцы осуществляли на так называемых «чайках» — парусно-гребных судах, которые строились на Сечи. Романтическое название «чайка» происходит от итал. saіcca, тур. sayca, болгар. шайка — судно, пиратский корабль. Турецкий префект Кафы (совр. Феодосия) Э. Дортелли д'Асколи в 1634 г. писал:
«По Днепру... спускаются польские казаки (читай: украинские,— В.Г.) на своих „чайках‛ для опустошения Черного моря... Эти „чайки‛ длинноваты, наподобие фрегатов, вмещают 50 человек, идут на веслах и под парусами. Дабы они могли выдержать жестокие бури, их обвязывают вокруг бортов соломой, которая поддерживает их на воде... на море же ни один корабль, как бы он ни был велик и хорошо вооружен, не находится в безопасности, если, к несчастью, встретится с ними, особенно в тихую погоду».
Дерзкие и отважные, презиравшие смерть, запорожцы не страшились нападать даже на крупные турецкие галеры. Подробное описание тактических приемов морского боя запорожских казаков находим в книге французского воинского инженера на польской службе Г. Левассера де Боплана (ок. 1600-1673):
«...когда они натолкнутся на какие-нибудь турецкие галеры или иные суда, то преследуют их, нападают на них и берут штурмом. Вот как это происходит: их суда выступают из воды не больше, чем на 2,5 стопы, поэтому они [казаки] замечают судно или галеру раньше, нежели могут быть замечены сами. Затем они опускают на своей лодке мачту и определяют направление ветра, стараясь плыть так, чтобы солнце до вечера было у них за спиной. За час до захода солнца они с силой гребут к судну или галере, пока не окажутся на расстоянии 1 лье, и оттуда стерегут их, боясь потерять из поля зрения. Потом где-то около полуночи (подав сигнал) они изо всех сил гребут к судну, [причем] половина команды готова к бою, только и ждет, когда судно настолько приблизится, чтобы прыгнуть на него. Те, что на судне, очень удивляются, видя, что на них напало 80 или 100 лодок, из которых сыпятся люди, сразу же захватывая корабль. Сделав это, казаки грабят все найденные деньги и товары малых размеров, которые не испортятся в воде, а также пушки и все то, что, по их мнению, может пригодиться; потом пускают судно вместе с людьми на дно».
Подобно карибским флибустьерам, запорожцы нападали не только на торговые и военные суда, но и на прибрежные поселения. После высадки в укромном месте они оставляли свои «чайки» под присмотром немногочисленной охраны и, вооружившись саблями, пистолетами и ружьями, неожиданно нападали на ближайший город. Там они грабили и убивали жителей, жгли дома, захватывали заложников, а потом, нагруженные добычей, быстро возвращались к своим челнам.
Обратный путь на Сечь обычно был связан с большими трудностями — надо было прорываться через турецкие и татарские засады. «Редко когда бывает, чтобы вернулась половина команды,— свидетельствует Боплан,— зато привозят богатую добычу, как то: испанские реалы, арабские цехины, ковры, парчу, шерстяные и шелковые ткани, другие ценные товары. Вот с чего живут казаки и таковы их доходы, ибо что касается работы, то они не знают ничего иного, кроме как пить да гулять со своими товарищами после возвращения».
С середины XVІ в. морские походы запорожских казаков стали обычным явлением. Запорожец, ни разу не побывавший в морском набеге, вообще не считался настоящим казаком. В 1575–1576, 1578, 1582, 1586–1590, 1593–1595, 1599 годах казацкие «чайки» пиратствовали у берегов Крыма, близ Гезлева (совр. Евпатория), Кафы, Керчи, Очакова, Килии, Варны, Трапезунда, Синопа и Стамбула.
В XVІІ в. экспедиции запорожцев на Черное море осуществлялись практически каждый год. Невероятно дерзким оказался летний поход 1614 г. Две тысячи запорожцев на 40 «чайках» взяли курс на побережье Малой Азии, где совершили нападение на портовый город Синоп. Казаки разрушили старинный замок, вырезали гарнизон, ограбили мечети и жилые дома мусульман, перебили массу народа, сожгли верфи, а также стоявшие на рейде галеры, галеоны и другие суда. Убытки, причиненные городу, оценивались в 40 миллионов злотых. Когда султан Ахмед І узнал о падении Синопа, он так разгневался, что едва не казнил великого визиря Насух-пашу, но, вняв мольбам жены и дочери последнего, ограничился избиением великого визиря металлической булавой.
Весной следующего года запорожцы решили покуражиться на окраинах столицы Османской империи. На 80 «чайках» они приблизились к Стамбулу и подожгли порты Мизевну и Архиоку. Султан в это время охотился недалеко от столицы и, увидев дым горящих пристаней, немедленно бросился в город. Турецкий флот получил приказ выйти в море и догнать казаков. Близ устья Дуная между турками и запорожцами произошло морское сражение: часть турецких галер была взята на абордаж, часть пущена ко дну, остальные рассеяны по морю. Командующий турецкой эскадрой был ранен, попал в плен к казакам и предлагал им 30 тысяч злотых выкупа, но так и не дождался освобождения — умер в неволе.
Несколько успешных морских походов состоялось в 1616 г. Весной две тысячи казаков под предводительством П. Сагайдачного разбили в Днепровском лимане эскадру Али-паши, захватили полтора десятки галер и около сотни вспомогательных судов, после чего двинулись к берегам Крыма. Там, используя пушки с трофейных галер, они штурмом взяли Кафу, вырезали в городе 14 тысяч «бусурман», ограбили дома и мечети и, освободив множество христианских невольников, с богатой добычей вернулись на Сечь. Другой отряд запорожцев осенью того же года разорил Трапезунд и Синоп, а в порту Минер сжег 26 турецких судов. Адмирал Циколи-паша попытался разгромить казацкую флотилию, но, потеряв три галеры, сам едва унес ноги. Другой турецкий адмирал, Ибрагим-паша, поджидал запорожцев в Днепровском лимане, но последние не спешили возвращаться домой и снова напали на Синоп. По свидетельству турецкого летописца Эвлия Челеби, казаки взяли город ночью. Великий визирь Насир-паша пытался скрыть этот факт от султана и за это поплатился головой.
Французский посол в Стамбуле граф де Сези записал 9 августа 1620 г.:
«Казаки появляются поблизости отсюда на Черном море и захватывают невероятную добычу. Они пользуются такой славой, что только ударами палкой можно заставить турецких солдат выступить против них». 25 августа он писал: «Казаки со 150 лодками опустошают все побережье Черного моря, ограбили и полностью сожгли Варну, где было не менее пятнадцати или шестнадцати тысяч душ».
17 июня 1621 г. граф де Сези снова сообщал о появлении запорожцев под стенами Стамбула: «Страх, охвативший жителей этого города, был так велик, что невозможно описать. 16 лодок с казаками в эти дни достигли колонн Помпея у входа в пролив в Черное море...». Подступы к Босфору охраняли лишь три галеры. На улицах города началась паника. Янычары хватали первых попавшихся прохожих, вооружали их чем придется и отсылали на суда. Было реквизировано оружие на иностранных судах, которые стояли на якоре в Золотом Роге. Через два дня наспех снаряженная эскадра из 40 торговых и вспомогательных судов смогла, наконец, отплыть на поиски казаков, опустошавших окрестности Стамбула, но, завидев их, уклонилась от боя, а ночью вернулась в пролив.
Месяц спустя казацкая флотилия разгромила близ Килии эскадру турецкого адмирала Халиль-паши. Было потоплено 20 кораблей, а оставшаяся часть эскадры бежала в Стамбул. Запорожцы отправились туда же. Де Сези пишет, что туркам удалось захватить 16 или 17 «чаек», но при этом запорожцы «так защищались, что турки потеряли столько же, сколько приобрели». Пленных казаков казнили с особой жестокостью: часть была раздавлена слонами, других привязали к галерам и разорвали на куски, третьих закопали заживо, а около сорока человек посадили в лодку, облили смолой и сожгли на Дунае.
Одна из рукописей Афонского монастыря содержит греческую запись о нападении запорожцев на Стамбул 9 июля 1623 г. Около шести тысяч казаков на ста «чайках» разорили окрестности турецкой столицы и сожгли два квартала. Через год они повторили свой набег. Английский посол в Стамбуле Т. Ро 20 июля 1624 г. записал в своем дневнике:
«9 числа сего месяца казаки на 70 или 80 ладьях, в каждой — по 50 человек гребцов и воинов, воспользовавшись тем, что капудан-паша (то есть адмирал флота,— В.Г.) отправился в Крым, на рассвете вошли в Босфор... Халиль-паша в эту смуту сам провозгласил себя вождем; поскольку у него не было ни одной снаряженной и вооруженной галеры, он собрал все имеющиеся суда, лодки и баржи... Мы думали, что эти бедные пираты немедленно удалятся, но они, заметив приближающиеся к ним турецкие лодки, сомкнулись на середине пролива возле крепостей и, выстроившись полукругом, стояли в ожидании битвы; ветер был противный, и сами они напасть не могли. Халиль-паша приказал открыть огонь еще издалека; казаки не отвечали ни единым выстрелом, только подплывали то к одному, то к другому берегу, не показывая ни малейшего признака к отступлению. Паша, видя их ловкость и отвагу, боялся напасть на них... Так весь день до захода солнца они смело стояли и грозили великой, но растревоженной столице мира и всему ее могуществу; наконец, удалились со всей своей добычей при развевающихся знаменах...».
Из послания киевских городских властей к воеводе Т. Замойскому от 5 сентября 1624 г. явствует, что руководителем упомянутого выше казацкого похода «был Олефир Голуб, который, после возвращения с моря на Запорожье, сложил с себя старшинство». На его место казаки избрали Гришку Черного из Черкасс, «который, взяв на себя старшинство, пошел на море, имея с собою войска 130 лодок».
Одновременно с запорожцами (часто в союзе с ними) на просторах Черного и Азовского морей активно действовали и донские казаки. Но описание морских операций донцев выходит за рамки данной публикации.
«Донецкий кряж» 8.03.2001
Краткое предисловие. Вчера залез по какому-то поводу в свой архив и наткнулся там на интереснейшую подборку. Зачитался. Потом решил: а почему бы не выложить ее на всеобщее обозрение. Пусть народ просвещается. Тем более и повод есть – недавно типа День казачества праздновали. Итак, мы начинаем
КазаЧество: меняются лишь декорации
Владимир КОЛЕСНИКОВ
Сегодня часто приходится читать или слышать о героической роли запорожского казачества в жизни украинского народа. Некоторые писатели, историки, публицисты так изображает историю, что нам должно быть стыдно, что мы не такие герои. В порыве патриотического зуда они изображают Запорожскую Сечь как оплот свободы, демократии, борцов за независимую Украину, защитников народа. Да, запорожцы боролись с татарами. Их борьбой с католиками спасалась православная церковь, казаки стали опорой и главной силой Богдана Хмельницкого, но это не вся правда о них.
Держу в руках книгу известных политиков современной Украины, историков В.Кременя, Д.Табачника, В.Ткаченко «Украина — альтернативы продвижения». В. Кремень — министр образования Украины, Д.Табачник — вице-премьер-министр Украины по гуманитарным вопросам, В.Ткаченко — доктор исторических наук. Очень неплохая книга, рекомендую почитать. Описывая XVI век, они приводят историческую справку о том, что в 1516, 1537, 1559, 1579, 1589, 1593, 1640, 1666, 1667, 1671, 1686 годах на Украину были совершены страшные, опустошительные набеги крымских татар. С каждым набегом они уводили в рабство от 5 до 60 тысяч украинцев. И это не считая ежегодных грабежей мирных жителей. А где же было казачество — этот щит Украины?
В 1666—1667 годах в Крымском ханстве проводили перепись населения — татар в Крыму тогда было 187тыс. Выходцев из Украины и России, плененных татарами и уже родившихся там их потомков, — 920тыс. Статистика развеяла еще один миф о том, что только татары — коренное население Крыма. А кто же тогда те 920 тыс. украинцев и русских и их потомки? Ведь они живут в Крыму испокон веков.
Лучший знаток украинского казачества, историк, археолог, этнограф Дмитрий Иванович Яворницкий в своем трехтомнике «История запорожских казаков» о возникновении казачества писал: «1469 году многочисленное татарское войско, создавшееся за Волгой из беглых разбойников и изгнанников и назвавшееся казаками, прошло от Волги за Днепр и опустошило Подолию». Слово казак — восточное и означает легковьючный. Почитайте Яворницкого и узнаете, что большинство казацких предводителей — это далеко не простые селяне. Ляндскоронский, Вишневецкий, Дашкевич, Бернет Претвица, Сагайдачный — это графы, воеводы, шляхтичи. Все они искатели, как говорят сейчас, адреналина. Эти люди жили за счет войны. Кажется, у Погодина в одной из его пьес сказано: «теперь уже не нужно бояться человека с ружьем». Чепуха. Его надо бояться всегда. Когда татары долго не приходили в Украину, казаки сами ходили туда. Воевали, грабили там, а в ответ татары посылали войско грабить Украину. Таковы реалии той жизни. И не мне их судить. Историю надо знать. Это ведь наши предки. А их необходимо почитать.
В Библии не сказано любить отца своего, а говорится: «Почитай отца своего». Почитай его таким, каким он был. Не унижай его конъюнктурными сказками. Знаете ли вы, что гетман Мазепа был самым богатым крепостником Украины? У него было более 100 тыс. крепостных. А с ним ушли к шведам всего 5 тыс. Современники его не поддержали. Народ не сложил о нем ни былин, ни песен. Нынче ему поют осанну.
Вот история другой личности украинского пантеона национальных героев. Борец за Украину Симон Петлюра погиб во Франции от рук некоего Шварцбарда. Национал-демократы уверяют, что последний был агентом НКВД, его судил французский суд, а не советский, и оправдал. Вот как описывал этот процесс поэт А.Вертинский в своих мемуарах: «На суде появилось много добровольных свидетелей этого маленького человека, которые развернули перед судьями такую картину зверств атамана в Украине, что французские судьи заколебались. Последней свидетельницей была женщина. — Вы спрашиваете меня, что сделал мне этот человек? — имея в виду Петлюру. — Вот! Она разорвала на себе блузку. И французские судьи увидели — обе ее груди были отрезаны. Шварцбард был оправдан». Конечно, мы понимаем, что не сам Петлюра убивал, насиловал, резал. Но и Гитлер этого не делал.
Все это наша история. И уже день вчерашний стал историей. Развал СССР принес боль и страдание миллионам, но ведь никто не встал на защиту той страны. Когда 18-миллионную КПСС прикрыли ее руководители, никто не сжег себя в знак протеста. Сегодня же миллионы клеймят Горбачева, Ельцина, Кравчука.
Герои, конечно, нужны, но вот подвигов лучше не надо. Артур Шопенгауэр, немецкий философ, говорил: «Не творите добра — оно вокруг нас. Зла не делайте, и жизнь будет прекрасной». Нам необходимо знать и помнить, что когда я умру, моей страны уже не будет, когда ты умрешь — твоей страны уже не будет, когда он умрет — его страны уже не будет. Мы уникальны, мы не святые, но мы не преступны, а многие герои преступны. Время каждому выставит свои оценки. Их не надо изменять, подстраивать под себя. Надо помнить о добре и зле. Ибо изменяются лишь декорации, а такие понятия — нет.
«2000» 2.04.2004
10/16/09 tiphareth
Божественное: Война правок вокруг статьи "калан"
в Википедии. Гигабайты ругани, посвященной
"калану". Истерически смешно.
А все из-за того, что википидоры банят любого, кто
скажет что-то нелицеприятное про "партию операторов"
(агрессивную банду википидоров, которых все боятся).
Оппозиция молчит, но угрюмо правит те 2-3 статьи,
где эти википидоры чего-нибудь написали. Википидоры,
не видя прямого противодействия, чтобы забанить,
впадают в дикую истерику по поводу каждой правки,
даже когда им указали на очевидный ляп.
А мораль понятно какая. Чем больше у кого-то
контроля над миром и людьми, тем чаще мир
и люди выходят за рамки контроля. Тем сильнее
нужда в репрессиях для восстановления контроля
и власти.
Это называется спираль репрессий, и википидоры
демонстрируют эту самую спираль, в анекдотических
к размеру инцидента пропорциях. Начали с запрета
оскорблений, стали закручивать гайки, переходя
от оскорблений к любому выражению неодобрения;
а сейчас там просто чихнуть в адрес партии
операторов невозможно, или упомянуть животное
калан, пожизненный бан обеспечен сразу.
Мораль этого хорошо известна каждому, кто
играл в стратегическую игру. Полный контроль
над происходящим и микроменеджмент - дико трудное
и неприятное занятие. Гораздо лучше, если ваши
юниты сами ходят, сами воюют, сами работают и в
состоянии о себе позаботиться.
Власть - это зло, конечно, но главное,
власть - это дико скучно. Скучно, грязно
и целиком разрушает интеллект. (http://lj.rossia.org/users/tiphareth/1280206.html?nc=48)
Поступила тут ко мне одна просьбишка - сказать о Википедии примерно то, что я и сам думаю.
Однако, насколько я знаю движок Википедии, говорить это там очень большого смысла нет: затрут мигом. То есть совсем там затереть трудно, но и найти потом трудно. Оно-то не жалко, но неэффективно. Думаю, на ЖЖ смысла больше.
Короче. Я и сам имел случай убедиться, что Вики сплошь и рядом используется как саморекламная доска. Хотя правилами это как минимум не одобряется. Но если ты москвич и опубликовал пару глупостей в популярных журналах, а еще лучше сказал пару глупостей на радио, то все можно. Если же ты провинциал и опубликовал не так уж мало статей (счет на десятки) в изданиях, не имеющих сайтов и по провинциальности и специальной направленности - малотиражных, то фиг тебе.
Кроме того. Интересна целевая функция. Статья должна быть признана хорошей, избранной, актив Википедии должен получать виртуальные ордена и рано или поздно начинает верить в собственную непогрешимость. "Людей с улицы", которые имеют другое мнение, просто посылают подальше.
Ну вот, то, что мне показали буквально вчера. Статья об Олеге Янковском. Статья хорошая. Правда, она и на мой вкус немного длинновата. И случившаяся в обсуждении дискуссия о цареубийстве меня утомила. Не то чтобы мне не жаль Николая Второго, а особенно его ни в чем не виноватых детей, но это тема слишком большая и сложная, чтобы обсуждать ее применительно к Олегу Янковскому. Ну вот, некий незарегистрировавшийся человек высказал мнение, что статья раздута, и указал, что дата выхода фильма "Дом, который построил Свифт" неправильная. И у него есть другие сведения. Ответ (цитирую): "Товарищ аноним, вы бы зарегились хотя бы на ВП, прежде чем критиковать статью, выбранную ХС. Эта статья проходила рецензирование и проверку, прежде чем была выбрана такой. Что касается года выхода "Дом, который построил Свифт" можете хоть мамой клястся - представьте скан программы, где видно, что телеэфир фильма был в 85-м году. Я лично считаю, что статья еще маловата. И ее надо довести до Избранной."
Спрашивается, какова целевая функция? Избранность или истина? К тому же, как нас учили в вузе на философии, истина - это не обязательно то, что общепризнано. И критика не есть криминал. А если человек знает, где искать, но не может сделать скана? Это в московских и европейских библиотеках полно оргтехники, а в провинциальных их может не быть. Человек ругнулся и привел данные, где что опубликовано. Ему заблокировали айпишник, информацию проверять не стали. Хотя человек говорил дело. (Возможно, уже не умеют читать с листа - только с монитора. И по библиотекам в лом ходить. Но при чем тут тогда факты и претензии на энциклопедичность?)
То есть: в Википедии раздаются виртуальные ордена, кукушка хвалит петуха, все уверены, что делают важное дело, а на самом деле Вики вырождается в клуб по интересам, где растут себе амбиции, а истина отступает на второй или более дальний план. Таков сухой остаток, без эмоций и дальнейших предположений.
yadocent пишет
Первое столкновение с вики-педиками имело место еще полгода назад, когда в острой дискуссии по поводу мистера Солженицына я позволил себе резкие слова в адрес некоторых местных «авторитетов». Те настучали коллегам-админам, и в результате вики-педик Кондратьев выкинул оттуда «за незначимостью» мою персоналию. Хотя до этого она провисела в «Вики» около 2 лет и никому не мешала. А тут вдруг резко стала «незначимой» и была удалена даже без обсуждения. Более того: несколько голосов «против» чудесным образом исчезли со страницы обсуждения. Мои попытки добиться восстановления закончились тупым баном и блокировкой «ай-пишника». Я плюнул и забыл.
Но недавно история повторилась. На стр. обсуждения Янковского я указал на явную ошибку. И после первой же реплики опять был тупо забанен (подробности см. выше) неуважаемыми гг вики-педиками Zimin.V.G. или-Weller 12. Это истерическое хамство в форме тупого затыкания рта оппонентам вместо ведения свободной дискуссии еще раз наглядно продемонстрировало и укрепило меня во мнении, что все вики-педики – это вики-педики, т.е. человекообразные американоидные грантососы, с вывихнутыми «Пи-Си» мозгами, способные только на то, чтобы тереть все несогласные коменты и размахивать дубинкой бана по малейшему поводу и даже без оного. Запрещая мне правку, они всего лишь ограждают Вики от пополнения (причем совершенно бесплатного) багажом моих знаний, каковой багаж у меня поболее чем у десятка таких как они моральных (а может и физических) уродов.
Специально для особо тупых (т.е. для вики-педиков) повторяю в последний раз: рецензия В.Кичина «Обращаясь ко всем» (обзор ТВ за ноябрь), касающаяся и премьеры «Дома, который построил Свифт», была опубликована 11.12.1985 в «Литературной газете» №50. И это – реальный и конкретный исторический факт, в отличие от виртуальных утверждений вики-педических «авторитетов», не подкрепленных ничем (моя просьба указать АИ на липовую дату «1988» осталась без ответа и была стерта). Его легко проверить в любой библиотеке с подшивкой, но вероятно вики-педики уже разучились читать буквы на бумаге, а умеют только на мониторе.
Входя в Вики, я наивно думал, что главное – дать компактную сумму конкретных фактов. А оказывается для них главное – раздуть статью за счет малозначительных подробностей до нелепо больших размеров, только чтобы заслужить сомнительный статус «ХС» (лягушка заслужила статус вола). Поскольку в Вики я все равно забанен, скажу здесь: с таким направлением развития, зажравшись и зазнавшись вики-педики очень скоро превратятся (уже превратились) в неприкасаемое дерьмо, и вымрут как динозавры. Уже и сейчас наиболее разумные блогеры справедливо считают, что из-за таких админов Вики превратилась в помесь свинюшника с гадюшником. Не желаете правды, предпочитая барахтаться в закрытом от правок дерьме «АИ-шного» вранья? Ну и черт с вами. Солнце все равно продолжает всходить на Востоке, даже если Вики со ссылкой на западных «авторитетов», напишет наоборот. Засим уведомляю, что после этого комента я полностью прекращаю общение со всем, что имеет приставку «Вики». Не желаю общаться с типами, которые заменяют общение тупыми банами, рассуждая при этом о «демокгатии» и «свободной дискуссии». Доцент
В Интернете появился видеоролик, на котором некая группа "автономных национал-социалистов" (бывшая УНТП) сносит и разрушает советский памятник жертвам ОУН-УПА на Львовщине под музыку неонацистской группы Landser, которая была запрещена в Германии, а его участники осуждены за нацизм и разжигание межнациональной вражды. Авторы ролика обещают продолжение. Адрес:
http://gavrilaf.livejournal.com/240530.h
У меня нет слов. Просто пиарю.
Еще один персонаж этого террариума - И.Драч. Бывший учитель русского языка (!), сотрудник райкома комсомола, секретарь СП УССР, член КПСС с 30-летним стажем, лауреат 3 Госпремий (СССР, УССР и Латвийской ССР) и Почетных грамот Верховных Советов Грузинской ССР и Литовской ССР, ныне, естественно, бешеный националист и русофоб, первый глава "Народного движения Украины за перестройку" (псевдоним -"Рух"), пытающийся догнать Яворивского по части радиотрепотни. Не так давно он сочинял такие стишки:
"Сконали "тигри" і "пантери",
Освенцимів колюча кліть.
І все ж облеслі живодери
Плетуть павучу сіть Бандери,
Ще досі висне хижа сіть.
О, ненависті дух не вичах.
Цей лютий шал не заника,
Шуга огнем мені в обличчя
З сонетів Кравціва лисичих
І з вовчих строф Маланюка.
Ныне же, согласно статьям "Литературной Украины", Е.Маланюк это "видатний український митець". Что с того, что бывший петлюровский офицер печатался в основном в "Віснике" основоположника украинского фашизма Донцова и даже эмигрантская "Енциклопедія українознавства" признает фашистские нотки в творчестве Маланюка, особенно в книге "Малороссийство" (1959 г.). "Перестроившийся" Драч твердит, что Маланюк - "выдатный мытець" и все тут. Самостийник, фашист - значит свой.
Вышеупомянутую троицу объединяет один любопытный документ, факсимиле которого опубликовала в феврале 1993 г. газета "Товарищ". Обращение к председателю КГБ СССР Ю.Андропову и первому секретарю СП СССР Г.Маркову от 22.3.1973 гласит: "Мы, украинские советские писатели, осуждаем действия так называемых литераторов Стуса, Светличного, Сверстюка, Караванского, братьев Горыней, Мороза, Черновола, Осадчего ...погрязших в националистическом болоте и не раскаявшихся в своей антисоветской деятельности... нет и не может быть прощения им, замахнувшимся на самое святое - на социализм, на вековечную дружбу между русским и украинским народами". Под обращением - собственноручные подписи: Д.Павлычко, И.Драч, В.Яворивский. Как высока принципиальность «творцов», легко делающих поворот на 180 градусов.
Но, впрочем, что это мы всё о "бывших". Нынешние скороспелые "демократы" тоже весьма легки на подъем. Не могу не вспомнить об одной околоцерковной истории. 20 января 1992 группа депутатов-националистов родила заяву под названием "Препятствие духовному возрождению", суть которой сводилась к ругне в адрес тогдашнего предстоятеля УПЦ митрополита Филарета. Поскольку он был "ставленник Москвы", паны О.Шевченко, В. Черновил, С.Головатый, Ивасюк, Гринчук, Мотюк и др. в выражениях не стеснялись: "Не случайно предстоятель УПЦ Филарет правдами и неправдами ищет путей (быстро поменяв свои лозунги), чтобы заручиться поддержкой нового правительства и сохранить свою порочную систему управления Церковью. Ведь не секрет, что именно митрополит Филарет (Денисенко) тесно связал свою тридцатилетнюю деятельность со службами КГБ, чтобы угодить власти КПСС, послужить безбожному правительству не так в интересах церкви, как ради карьеры и возможности удерживать церковь на Украине в руках единовластной диктатуры... Наша депутатская сознательность призывает провозгласить очевидный факт: митрополит Филарет (Денисенко) препятствует духовному возрождению Украины, очищению общества от сталинских болезней, должен оставить пост предстоятеля УПЦ, дать ей возможность сохранить свое единство".
Прошло несколько месяцев, националисты в рясах и без договорились, грянул приснопамятный "Объединительный собор" 26.06.1992 г., породивший УПЦ-КП и в её Высшую Церковную Раду вошли... тот же О.Шевченко, Черновил, бывший член КПСС Поровский и др. Черновил, правда, вскоре ушел к униатам, зато в руководстве УПЦ-КП всплыли Драч, Павлычко, Мовчан, В.Червоний, которые до сих пор упорно талдычат, что анафема Филарет - "Мойсей нашої української церкви". Газета "Независимость" в свое время после одного "профиларетовского" выступления съязвила, что у О.Шевченко, видимо, происходит раздвоение личности. Комсомольское прошлое имеет и нардепук от УНСО В.Червоний, главарь так называемой "Волынской Сечи", с боевиками которой он лично участвовал в разгроме православных приходов и захвате храмов в Западной Украине. Я.Ильясевич, руководитель Львовского УНСО, до 1979 г. работал в орготделах ЦК комсомола и компартии Таджикистана.
Особо хочется сказать о "дважды покаявшихся". Во всех современных учебниках отдельной главой выделены истории о диссидентах - людях, которые при СССР занимались антигосударственной деятельностью. В непременной обойме фамилий - И.Дзюба, комсомольский активист, секретарь комитета ЛКСМУ Сталинского пединститута (ныне Донецкий национальный университет), лектор Донецкого обкома ЛКСМУ, аспирант Киевского института литературы. В 1965 г. он сочинил работу "Интернационализм или русификация?", в которой со ссылками на материалы 1920-х годов изложил положения национал-коммунизма. В 1968 г. она была издана за рубежом, автора сильно зарепрессировали: исключили из аспирантуры, позже, в 1972 г. из Союза писателей (громче всех этого требовал Д.Павлычко), даже, кажется, арестовали ненадолго. Дзюба решил "не идти на принцип" и публично "отмежевался от своих закордонных интерпретаторов". 9.11.1973 г. в „Литературной Украине” появилось его новое "отречение-покаяние" под названием "Третьего не дано", с признанием ошибок и взыванием: "Я не антисоветчик, не националист, не враг". Ни в одном отечественном учебнике об этом не пишется, лишь О.Субтельный (ему, канадцу, наши стеснительные сомнения до лампочки) упоминает о "покаянии Дзюбы". В конце 1970-х он был восстановлен в СП, продолжил активно публиковаться (например, книга "Вітчизна у нас одна", 1984 г.), получил республиканскую премию имени Белецкого, а при "незалежности" даже побыл в 1992-94 гг. министром культуры. Правда, единственное заметное, что Дзюба совершил "на посту" было назначение новым руководителем Киевского института культуры М.Поплавского, того самого, который под кличкой "поющий ректор" ныне стал посмешищем всей Украины и любимой темой для шуток КВН-щиков. Ну и, конечно, Дзюба сейчас - почтенный "национал-демократ", академик и т.д.
Нечто подобное было и с О.Бердником. Единственное образование - законченная в 1949 г. театральная студия, затем работа актером в провинциальных театрах, сочинение посредственных литературных опытов, которые в свое время (1950-е - начало 1970-х годов) активно публиковались, но справедливо критиковались за стереотипность приемов "разоблачения империализма", выспреность и ходульность сюжетов (см. Д.Биленкин "Фантастика и подделка"). Даже в СП его приняли лишь в 1987 г., да и то, подозреваю, не за литературу. Видно, в поисках признания и популярности Бердник забрел в диссидентскую Украинскую Хельсинскую группу. Далее, естественно, арест и... очередное покаяние в "Литературной Украине" от 17.5.1984 г. (желающие могут взять подшивку почитать). Сейчас Бердник, опять же, "видный национал-демократ", отпустил бородищу, как у Толстого, и провозгласил себя Президентом (!) Украинской Духовной Республики (Ау-у, панове Кравчук и Кучма!). Правда, попытка избраться "по-настоящему" в 1991 г. позорно провалилась в самом начале, а на парламентских выборах-94 он занял 14 место в округе, набрав менее 2% голосов. О неприятных страницах прошлого он не вспоминает, а переиздает тысячными тиражами свои многостраничные макулатурные "феерии", которые потом пылятся на полках библиотек. Я пытался их читать: патетическая скучища, либо суконное бытописательство, либо полубредовое заумное псевдофилософствование, в общем, то самое, что называют "українським поетичним кіном", только в прозе.
Есть и примеры, когда персонаж пытается переписать и переврать свое прошлое. Здесь передовиком является Леонид Макарыч. Малоизвестный факт: в начале 1994, во время визита в США пресс-служба Кравчука сварганила экспортный англоязычный вариант его биографии. Доверчивые янки, надо думать, схавали её, ничего не заметив, но для жителей Украины там оказалось много нового. Ну ладно, "родился в религиозной крестьянской семье", хотя, надо думать, в партийных автобиографиях Кравчук формулировал это по-другому. Но дальше-то!.. О долгой парткарьере (консультант, зав. отделом обкома, зав. сектором, помощник секретаря ЦК, зав. отделом пропаганды, секретарь ЦК по идеологии, второй секретарь ЦК КПУ) - одной фразой: "С 1960 г., будучи первым секретарем ЦК КПУ, боролся за независимость и демократические реформы". Тут, как говорится, хоть стой, хоть падай! Интересно, не заворочались ли в гробах посмертно "свергнутые" П.Шелест и В.Щербицкий? Дальше ещё веселей: "Вышел из партии во время Сентябрьского путча". Есть ли во всей СНГовии хоть один человек, не знающий, что события "путча-1991" проходили 19-21 августа? И всё это время Кравчук был членом Политбюро и ЦК КПУ. Ещё 22 августа он на каком-то собрании "гневно отверг" слухи о своем выходе из КПСС. В тот же день он присутствовал на заседании Политбюро ЦК КПУ и вместе с другими подписал постановление с такими словами: "Политбюро ЦК поддерживает действия Секретариата ЦК КПУ, который оперативно ориентировал парткомитеты, коммунистов республики на необходимость всемерно содействовать неуклонному соблюдению законности и правопорядка... Политбюро КПУ подтверждает неизменность политического курса КПУ, обозначенного её 27 съездом, Пленумами ЦК... Политбюро ЦК КПУ предлагает парткомитетам усилить работу среди коммунистов, населения, давать решительный отпор попыткам развернуть антикоммунистическую истерию, активнее разъяснять принципиальную позицию КПУ". Ровно через 4 дня уже беспартийный Кравчук подписал Указ Президиума Верховного Совета Украины о прекращении деятельности КПУ. Таким образом он встал в затылок другим деятелям из долгого ряда "запретителей компартий". Муссолини, Гитлер, Стресснер, Пиночет - теплая компания! Между прочим, эта фальсификация продолжается: в современных справочниках "Кто есть кто в Украине", составляемых со слов "героев", в персоналии Кравчука указано: "Вышел из КПСС 19 августа 1991 г."
Надо думать, перед выборами многие будут заимствовать опыт Кравчука по переписыванию своего прошлого. №2 уже сейчас пытается стать И.Драч. Этот многолетний "член КПСС", увенчанный чуть не всеми советскими наградами, теперь в некоторых учебниках упоминается как "диссидент-шестидесятник". Оказывается, он когда-то, где-то, что-то протестовал! Я лично могу объяснить такое извращение лишь одним: возможно, авторы сих "учебников" являются Драчу добрыми знакомыми, хорошими приятелями, постоянными собутыльниками или соседями по дачным "хатынкам".
Недавно мне в руки случайно попал справочник Союза писателей Украины советских времен. Как много знакомых фамилий я там встретил! Как много интересного узнал! Помимо вышеупомянутой троицы здесь размещается и нынешний "главный украинец", то есть голова "Просвиты" (ушибленная прогрессивными социалистами) Павло Мовчан. Оказывается, начинал он как автор детских книжек, а за переводы был удостоен Почетных грамот Верховных Советов Литовской ССР и Туркменской ССР. Какой интернационалист!... был.
Кто бы мог подумать, что Даныло Кулыняк, ныне постоянный «допысувач» бандеровских газеток типа "Шлях перемоги" и "Україна молода" и апологет дивизии СС "Галичина", оказывается, получил высшее образование в столь ненавидимой им Москве, где закончил Литинститут имени клятого москаля М.Горького, работал спецкором имперского московского журнала "Природа и человек" и в 1987 г. вступил в Союз писателей проклятого СССР?
А кто мог догадаться, что Мыкола Жулинский (фамилия-то какая характерная), нынешний академик и вице-премьер, главный покровитель и защитник раскольничьей филаретовской УПЦ-КП, тот самый Жулинский, который в 1993 г. лично ездил в Стамбул предлагать Вселенскому патриарху взятку 25000 долларов за признание "Киевского патриархата", дебютировал в 1971 г. книгой "Юность моя комсомолия", защитил диссертацию по теме "К вопросу об историческом оптимизме советских людей" и продолжал как обыкновенный литературный критик, замдиректора Института литературы и лауреат республиканской премии 1978 г.?
А Сергей Плачинда (22 года в КПСС), современный "асфальтовый крестьянин", то есть глава Селянско-демократичной партии, удостоенный внимания "діяспори" (золотая медаль СКВУ в 1993 г.), был-то, оказывается сочинителем очерков о передовых колхозниках да редактором-составителем казенных литбиографий Ю.Яновского и А.Довженко.
А Валентин Чемерис, нынешний ярый руховец, замглавред "Литературной Украины" и одновременно автор холуйски-подхалимской книги о Кравчуке "Президент" начинал-то как мелкий юморист в областных газетах Днепропетровщины, а позже возглавлял местное издательство. В этой книге "великий историк" Чемерис, кстати, уверяет, что племянник Петлюры священник С.Скрыпник был расстрелян кровожадным НКВД в Полтаве в 1937 г. Бывший "детективщик" ныне переквалифицировался в "эссеиста-патриота", правда, поторопился и не угадал: в том году, когда вышла эта книга с ядовитыми репликами в адрес Кучмы, "Президентом" стал как раз Кучма.
И почти у всех - единообразный штамп: "член КПСС". Донецкий журналист Д.Корнилов очень точно назвал таких персонажей "героями девятого круга", имея ввиду строки из "Божественной комедии" Данте, в которых автор, описывая пекло, поместил в его последнем, 9 круге предателей-перевертышей. Ныне они клянут всё прошлое, но хоть у кого-нибудь хватило совести отказаться от наград и титулов, полученных от "проклятого имперского режима?" Таких нет! Кажется, на всю СНГ-овскую "творческую интеллигенцию" нашелся только один кинорежиссер (да и то грузинский), который в свое время официально отказался и вернул советскую Госпремию, полученную за телеэпопею "Секретарь райкома" (в которой в главной роли снял своего сына).
И эта свора перевертышей, разбавленная национал-фашистами, снова прется во власть. Хватит! Голосовать надо за тех, кто не изменяет своим принципам, кто выполняет свои обещания и держит свое слово. Эх, Лукашенко бы нам!
-----------------
(2002)
