yadocent (yadocent) wrote,
yadocent
yadocent

Categories:

«Дремлющий фашизм» ФРГ

Политический терроризм знаком почти всем странам мира. В некоторых странах изолированные акты политического терроризма перерастали в систематическую вооруженную борьбу против правительства, в “городскую герилью”, в то, что на профессиональном языке политологов называется “гражданской войной малой интенсивности”. Понятно, как это происходит в странах, где тлеют национальные или религиозные конфликты. Но как возникает “городская герилья” на чисто социальной почве? Как и почему оппозиционные движения переходят к насильственным методам борьбы с правительством?

Конечно, в разных странах это бывает по-разному, тем более, что и чисто политический терроризм может быть разным – как левым, так и правым. А в некоторых странах существуют освященные историей традиции вооруженной борьбы – например, в Венесуэле, Аргентине или Колумбии – и там к террористической борьбе не раз переходили обычные либеральные партии парламентского типа.

Но для нас наиболее показателей опыт ФРГ, городской герильи 60-х – 90-х годов в этой стране и, в первую очередь, история организации “Фракция Красной Армии” (Роте Армее Фракцион, РАФ).

РАФ и другие городские партизаны ФРГ (“Тупамарос Западного Берлина”, “Движение 2 июня”) вышли из левого студенческого антифашистского движения. До того, как взяться за оружие, они были принципиальными противниками насилия, пацифистами, мягкими, добрыми, отзывчивыми людьми, мечтавшими (и пытавшимися) помогать другим людям. Лидер РАФ Гудрун Энслин училась на педагога, на каникулах бесплатно работала в детских приютах; Вильфреда Бёзе, погибшего в аэропорту Энтеббе, школьные друзья дразнили “пацифистом”; один из лидеров “Движения 2 июня” Ральф Рейндерс имел репутацию человека, “с детства ненавидевшего все формы войны и насилия”; Ульрика Майнхоф, воспитывавшаяся с раннего детства теткой, известным теологом и детским педагогом Ренатой Римек, в юности собиралась стать монахиней. Бригитта Кульман, педагог по профессии, посвящала все свободное время уходу за больными. Андреас Баадер создал приют для беспризорных детей – и одной из причин его ухода в партизаны было то, что сытое равнодушное общество бундесбюргеров отталкивало от себя выхоженных им детей: общество вынуждало их либо воровать, либо идти на панель.

Сначала будущие городские партизаны пытались добиться наказания фашистов и отстранения от должностей гитлеровских палачей. В 50-е – 60-е годы в ФРГ у штурвала власти – в политике, в бизнесе, в СМИ – сплошь и рядом стояли люди с нацистским прошлым, политическим, управленческим и хозяйственным опытом, приобретенным при Гитлере. В годы "холодной войны" в ФРГ "закрыли глаза" на прошлое этих людей – якобы "других кадров не было".

Тогда, в 60-е, наивные студенты пытались "разоблачать". Они думали, что достаточно опубликовать имена военных преступников – и тех накажут.

У меня есть ксерокопии таких списков. Мелким убористым шрифтом, страница за страницей, разбитые по графам: имена, должности в III рейхе, доказанные военные преступления, должности сейчас. Тысячи, десятки тысяч имен. Высокопоставленные чиновники, богатые бизнесмены, на худой конец – заслуженные пенсионеры. Аналогичные списки – по тем, чьи процессы состоялись, но суды вынесли им символические наказания. Наивные студенты спрашивали: "Почему? Разве так должно быть?". Они верили в силу гласности и в то, что ФРГ – демократическое государство. А это государство просто игнорировало их разоблачения.

"Денацификация" официально кончилась в ФРГ 1 января 1964 г. За это время к ответственности было привлечено 12 457 военных преступников, причем осуждено лишь 6329 человек.



Военные преступления не имеют срока давности – и до января 1980 г. в ФРГ суды рассмотрели 86 498 дел военных преступников. К тюремному заключению приговорено 6446 человек. Но тюремное заключение – понятие растяжимое. Комендант Дахау Михаэль Липперт получил всего лишь 18 месяцев тюрьмы. Генерал СС Зепп Дитрих, знаменитый убийца и садист, прославившийся тем, что лично застрелил Эрнста Рёма, получил тоже лишь 18 месяцев! Группенфюрер СС Карл Оберг и его ближайший помощник Гельмут Кнохен, руководившие фашистским террором во Франции, получили от французского суда смертный приговор, но были выданы германской стороне – и тут же освобождены. Иоганн Кремер, врач-палач из Освенцима, был приговорен польским судом к смертной казни. Власти ФРГ добились его выдачи и освободили. "Палач Дании" Вернер Бест, лично виновный в убийстве минимум 8 тысяч человек, вообще не был осужден и прекрасно жил, занимая высокооплачиваемую должность юрисконсульта в концерне Стиннеса (суд над ним откладывался из года в год по причине "слабого здоровья"; со "слабым здоровьем" Бест дожил до 1983 г., когда дело против него было окончательно прекращено – "ввиду преклонного возраста"). Нацистские судьи, выносившие смертные приговоры антифашистам, десятками отправлявшие на виселицы "паникеров" в последние месяцы войны, не понесли никакого наказания – никто, "ни один-единственный", как с горечью писал известный немецкий драматург Рольф Хоххут.

Немецкие антифашисты собрали к началу 70-х гг. доказательства вины 364 тысяч военных преступников. По их подсчетам, 85% чиновников МИД ФРГ должны были сидеть не в своих кабинетах, а в тюрьме. Из 1200 палачей Бабьего Яра, чья вина была документально установлена, перед судом предстали 12: один был повешен в Нюрнберге оккупационными властями, еще 11 судили в 1967 г. – уже германские власти – и все они отделались символическими наказаниями.

С точки зрения студентов-антифашистов, в ФРГ проходила не "денацификация", а "ренацификация". В 1955 г. парламентская комиссия во главе с Ойгеном Герстенмайером, председателем бундестага и личным другом небезызвестного Отто Скорцени, приняла решение, которое открывало доступ в бундесвер всем бывшим "фюрерам СС" вплоть до оберштурмбанфюрера, причем каждому из них сохранялся прежний чин. Был принят "Закон об изменении ст. 131" конституции ФРГ, в соответствии с которым все бывшие нацистские чиновники и профессиональные военные подлежали восстановлению в своем прежнем положении, а если это невозможно – государство должно выплачивать им пенсии. В 1961 г. к закону было принято "дополнение № 3", которое распространяло действие закона на эсесовцев – членов организации, официально признанной в Нюрнберге преступной. Промышленники, чье соучастие в преступлениях против человечества было доказано, процветали – начиная с концерна Флика и кончая фирмой Дёгусса, занимавшейся при нацизме переплавкой золотых коронок умерщвленных в Треблинке в слитки. Нацистские военные преступники дорастали до министерских постов – как это было, например, с Теодором Оберлендером, командиром спецбатальона "Нахтигаль", который прославился массовым истреблением мирных жителей на Украине, – и даже до поста федерального канцлера, как это было с Георгом Кизингером, одним из разработчиков доктрины антисемитской пропаганды при Гитлере.

Стоит ли удивляться, что часть молодежи вскоре пришла к выбору, что она живет в фашистском государстве, просто этот фашизм – "дремлющий". Что он замаскировался, затаился, но не перестал от этого быть фашизмом. А раз это фашизм – то с ним и надо бороться как с фашизмом. То есть с оружием в руках. Одним из активных пропагандистов этой точки зрения был Хорст Малер, будущий теоретик "Фракции Красной Армии" (РАФ). Он так и писал: "Мы должны выманить фашизм наружу". Другим был Михаэль "Бомми" Бауман, тоже в будущем знаменитый боевик, порвавший с РАФ сразу, как только ему показалось, что проарабская позиция РАФ может перерасти в антисемитизм.

Представление о ФРГ как о стране "дремлющего фашизма" находило все новых приверженцев. В июне 1967 г. во время митинга протеста против визита в Западный Берлин иранского шаха полицейский убил выстрелом в спину студента-теолога Бенно Онезорга. На следующий день на студенческом митинге учившаяся на педагога Гудрун Энслин, до того – враг всякого насилия, выкрикнула знаменитые слова: "Это – фашистское государство, готовое убить нас всех. Это – поколение, создавшее Освенцим, с ними бессмысленно дискутировать!". Вскоре Энслин стала одним из лидеров РАФ. Когда в апреле 1968 г., под воздействием травли, развернутой концерном Шпрингера против лидера Социалистического союза студентов Руди Дучке (отнюдь не террориста), на того совершил покушение неонацист Иозеф Бахман и тяжело ранил Дучке в голову, уже сотни, если не тысячи молодых людей восприняли случившееся как "начало фашистского террора". А Хорст Малер перешел от теорий к действиям – взорвал бомбу в здании издательства Шпрингера.

Даже выбор жертвы для самой известной акции РАФ – похищения и затем (после отказа правительства освободить лидеров РАФ) убийства президента Объединения германских промышленников Ганса Мартина Шлейера был произведен "с учетом личности" последнего. Эсесовец Шлейер был доказанным военным преступником и нес личную ответственность за военный террор в Чехословакии. Властями ФРГ он, разумеется, наказан не был. Выбирая его из нескольких сотен равных по рангу "классовых врагов", РАФ исходила еще и из того, что Шлейера точно "убить не жалко".
А.Тарасов

ПС К сожалению, автор-левак допустил некоторые ошибки.

М.Липперт не был «комендантом Дахау». Он занимал аналогичный пост в Заксенхаузене и всего 4 месяца в 1936 году. Срок 18 месяцев он получил в 1957 не за военные преступления, а за убийство Эрнста Рема во время «Ночи длинных ножей» в 1934.

Это убийство Тарасов ошибочно приписывает Зеппу Дитриху, опять поминая про «18 месяцев». На самом же деле генерал Дитрих еще в 1946 он был осужден на пожизненное заключение американским военным трибуналом. Правда, впоследствии срок был сокращен до 25 лет ввиду вскрывшихся нарушений во время американского следствия, а в 1955 Дитрих был освобожден, отсидев только 9 лет. И уже в 1956 снова арестован и в 1957 получил искомые 18 месяцев за участие в расстрелах штурмовиков СА во время «Ночи длинных ножей».

Tags: история Неукраины
Subscribe

promo yadocent january 28, 05:22 1
Buy for 90 tokens
32 года назад
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments