yadocent (yadocent) wrote,
yadocent
yadocent

Categories:

Идею запретить нельзя

Недавний съезд депутатов всех уровней Юго-Восточных областей снова напомнил об идее региональной автономии. Реакция центральных СМИ и властей была столь бурной, что Северодонецкий съезд затмил даже «помаранчевые» беспорядки в Киеве. Но вот что поразительно: все телевыступающие, комментируя явный раскол Украины, тем не менее твердят как заклинание: «Україна єдина, єдина Україна !» Кого они уговаривают – зрителей или самих себя? Надо честно и открыто признать: Украина не является единой. Нет единой украинской политической нации, нет объединяющей украинской идеи. Кстати, это не автор придумал, таково мнение уважаемого мной историка, вице-президента АН Украины Петра Толочко. Напомним, что один из атрибутивных эпитетов Украины – «соборна». Так не называет себя, наверно, ни одно государство в мире. «Соборна» значит «собранная», ибо Украина в современных границах собиралась по частям много веков подряд.
Центральное ядро – треугольник Киев-Канев-Черкассы – территория казацкой автономии в составе Польши начала XVII в. После Переяславской Рады 1654 она перешла в состав России как автономная «Гетьманщина». Слобожанщина и Северщина были территорией Московского царства и стали украинскими только с середины XVII в., когда сюда массово хлынули переселенцы из центра, спасаясь от неприятностей Освободительной войны Хмельницкого и последующей Руины (именно тогда возникли города Харьков, Сумы). Правобережье (Волынь и Подолье) осталось тогда в составе Польши и объединилось с Украиной только через сотню лет, значительное польское влияние сохранилось здесь до начала ХХ в. (шляхта просто перекрасилась в российских дворян). Причерноморье и Приазовье (Новороссия) никогда не были частью исторической Украины, что признает даже историк-диаспорянин О.Субтельный, это было татарское Дикое поле. Лишь после ликвидации агрессивного Крымского ханства в конце XVIIІ в. создались условия для освоения края, причем заселялся он не только украинскими и русскими крестьянами, но и иностранными колонистами – болгарами, греками, немцами, молдаванами. И вошел он в состав не Украины, которой тогда не существовало, а в состав Российской империи. Галичина – вообще отдельная история, ибо она из-под поляков перешла под Австрию, потом опять к Польше и воссоединилась с Большой Украиной лишь в 1939. И уж совсем отдельная история – Закарпатье, присоединенное в 1944. Местное население вообще не считает себя украинцами, самоназываясь «русинами» – отдельной народностью. Отсюда неприязнь к галицкому национализму и неожиданное решение Закарпатского облсовета (единственного с запада) в поддержку Северодонецкого съезда. Напомним забытый факт: в Закарпатье еще в 1991 прошел местный референдум за предоставление области автономного статуса, проигнорированный киевскими властями.
Украина, собранная из таких разношерстных частей, не может быть единой, и надо признать этот факт, а не заниматься самозомбированием. Признать и узаконить федеративное устройство государства – только так можно избежать развала. Это подтверждает и Руина XVII в. (гражданская война право- и левобережных казацких гетманов), и события 1917-1918 гг. Напомню, что уже в начале «Национальной революции» на украинских землях стихийно сложилось «двоецентрие». Возникло два областных объединения Советов: Юго-Западный край объединял сельскохозяйственное украинское Правобережье и центр с Киевом, Донецко-Криворожская область – промышленный русскоязычный Юго-Восток, ядром которого был Донбасс, а столицей Харьков. Административная раздробленность Донецко-Криворожского промышленного узла между Харьковской, Екатеринославской губерниями и Областью Войска Донского волновала еще царское правительство, поэтому уже в первые дни после Февральской революции 1917 Временное правительство 3 марта учредило особый Донецкий комитет, объединивший хозяйственное управление Донецким угольным и Криворожским рудным бассейнами. В конце марта в Бахмуте (Артемовск) состоялась 1 конференция Советов Донбасса, а в мае в Харькове прошел 1 Съезд Советов Донецко-Криворожской области, учредивший объединенный Исполком и стройную систему райсоветов. Кстати, тезис о ДКР как «большевистской выдумке» неверен – руководство было вполне эсеро-меньшевистским, председателем Облсовета и Облисполкома стал эсер Лев Голубовский. В течение 1917 прошло еще 2 съезда (в октябре и декабре), окончательно оформившие структуру власти в Дон-Кривобласти.
Юго-Западный край провел только один областной съезд Советов, здесь власть сосредоточилась в руках Центральной Рады. Современные учебники старательно микшируют этот факт, а ведь, выражаясь современным языком, ЦР была совершенно нелегитимной, самопровозглашенной организацией. Собрались в Киеве два десятка украинцев-представителей студенческих, профсоюзных, культурных организаций и объявили себя Центральной Радой – единственным верховным органом власти в Малороссийских губерниях. Правда, летом прошло несколько украинских съездов – военный, селянский, рабочий, делегировавшие в ЦР своих представителей, делая ее более репрезентативной. Но все равно «перейти до представництва, вибраного загальним голосуванням, нам доля не судила»,- признавался сам глава ЦР - Грушевский с 50-гривенной купюры.
В отличие от киевлян, легитимность Харьковских областных съездов Советов никем не подвергается сомнению. Напомню также, что автономная власть ЦР по итогам летних переговоров с Временным правительством России ограничивалась 5 губерниями Центра и Запада (Киевская, Полтавская, Волынская, Подольская и половинка Черниговской). Ни Одесщина, ни Херсонщина, ни Таврия, ни, тем более Донбасс, ЦР не подчинялись, здесь была своя власть. Глава Дон-Кривобкома РСДРП (отдельного от Юго-Западного обкома) Артем уже в сентябре телеграфировал в ЦК о «фактическом декретировании республики Харьковской губернии». Русифицированное население Юго-Востока прохладно относилось к националистической риторике Киева. Екатеринославская газета «Звезда» писала 1.12.1917, что население «на 70% состоит из украинских рабочих и солдат, в наивысшей степени равнодушных, а чаще прямо враждебных к национальным желаниям». Поэтому, когда после Октябрьской революции и свержения Временного правительства ЦР попыталась явочным порядком предъявить свои властные претензии на эти районы, Пленум Исполкома Советов Дон-Кривбасса 30.11.1917 единогласно отверг 3 Универсал ЦР как сепаратистский, разваливающий единство России и потребовал проведения референдума за оставление региона в составе Российской республики (аналогичные требования выдвигал Э.Квиринг в Екатеринославском губсовете). За резолюцию голосовали эсер Голубовский, меньшевик Рубинштейн, бундовец Бэр, большевик Артем. Последний в своих выступлениях указывал, что Харьковское руководство «не разбивает ни единой республики, не покушается на национальные интересы Украины… мы хотим связаться со всей страной», ибо Дон-Кривбас хозяйственными отношениями связан гораздо крепче с промышленной Россией, чем с сельскохозяйственным Юго-Западным краем. Следует отметить, что в наших краях власть была крепко в руках Советов, находившихся под контролем большевиков. ЦР могла опереться здесь только на украинизированные воинские части. Например «Луганську повітову раду» возглавил командир дислоцированного тут 25 запасного украинского полка Малашко. В архивных документах «рада» упоминается довольно часто как абсолютно безавторитетная организация, бесшумно распавшаяся вскоре после Октябрьской революции, а 25 полк большевики оперативно разагитировали и разоружили.
Пока Харьков оставался столицей Советской Украинской Народной Республики, донецкие автономисты не претендовали на самостоятельность. Но когда ЦР позорно бежала из Киева под напором красногвардейцев (8 февраля 1918) и правительство Советской Украины переехало сюда, в Харькове собрался 4 Областной съезд Советов, который и провозгласил 11 февраля ДОНЕЦКО-КРИВОРОЖСКУЮ РЕСПУБЛИКУ, занимавшую все Левобережье, а также Криворожский район и угольные округа Области Войска Донского. Однако ЦР, уже фактически не контролировавшая даже свою столицу, 9 февраля подписала в Бресте договор с Австрией и Германией, призвав на Украину немецких «миротворцев». 450 000-ный оккупационный корпус австро-германских войск вторгся на территорию Украины. В Украинских Красных Армиях насчитывалось около 25000 ч., поэтому они не смогли задержать железную поступь рейхсвера. Только на Левобережье немецкое наступление замедлилось: части Красной Армии Донбасса (около 13000 ч.) переходили в контратаки под Змиевом, у Купянска, под Родаково.
Организационно-хозяйственная деятельность правитель-ства ДКР подробно проанализирована в работах В.Ревегука, В.Корнилова. Отметим, что стараниями наркомата просвещения ДКР (М.Жаков) была открыта и украинская гимназия в Харькове, наркомат Юстиции (В.Филов) провел судебную реформу, Южный облсовнархоз (В.Бажанов) наладил работу национализированных предприятий, так что «державотворчі процеси» шли в ДКР не хуже, чем в УНР. Тем не менее, о последней исписаны сотни страниц в десятках современных учебников и книг, о ДКР же можно найти лишь скупые упоминания в учебниках, изданных в Донецке или Харькове. Почему? А потому, что автономистские устремления донбассовцев были скользкой темой и для советских историков, находившихся под гнетом авторитетной фразы В.Ленина, который однажды покритиковал «планы отдельного донецкого единства». К тому же большинство наркомов ДКР были репрессированы при Сталине, поэтому первые работы о республике появились лишь в 1950-1960-е гг: В.Астахова (Харьков), Н.Гончаренко (Луганск).
После отступления из Харькова 9 апреля 1918 Совнарком ДКР переехал в Луганск, который стал новой столицей республики. На улице Юного Спартака сохранился дом №7 с мемориальной доской в честь работавшего здесь Луганского СНК. Надо сказать, что в конце марта в правительстве ДКР разразился кризис. Председатель СНК Артем на 2 Всеукраинском Съезде Советов в Екатеринославе согласился «перевести» донецкую автономию из состава России в состав Украины (некоторые украинские историки ошибочно считают эту дату – 17 марта – концом ДКР). Часть наркомов (Жаков, Филов, Васильченко) выступила резко против этого и ушла в отставку. Их места заняли «луганчане» – представители местного СНК: Ю.Лутовинов, И.Алексеев, Осипович. Луганск как столица ДКР функционировал до 28 апреля, когда был взят немцами. Большевики ушли на восток, в Россию. Напомним еще один малоизвестный факт: за советскими властями ушло около 200 000 ч. – донбасские рабочие с семьями, которые не желали оставаться под немецко-украинской оккупацией.
После восстановления Советской власти, 7 февраля 1919 была впервые создана отдельная Донецкая губерния в составе Бахмутского и Славяносербского уездов Екатеринославщины (председателем губисполкома стал Артем). В 1920 она была воссоздана в значительно выросших размерах за счет присоединения части Харьковской губернии (Старобельщина) и ОВД (Таганрог, Каменская, Гундоровская). Кстати, к этому приложил руку тогдашний председатель Украинской Трудовой Армии И.Сталин. Автономистские проявления в Донбассе, присоединенном все-таки к Украине, продолжались до середины 1920-х годов, как отмечает английский историк Т.Фридгут.
Идея автономии вновь ожила в начале 1990-х, когда в условиях либерализации темой ДКР заинтересовались исследователи В.Шевченко, Д.Корнилов (Донецк), В.Снегирев (Луганск), а киевско-галицкий национализм опять начал раздражать интернациональную Донеччину. Однако в новой незалежной Украинской державе, тема опять была загнана под спуд. Но идею убить нельзя, она прорываетя то в середине 1990-х в форме регионального экономического объединения Донецкой, Луганской, Днепропетровской и Запорожской областей, то сейчас в форме проекта создания Юго-Восточной автономии. Нас пугают расколом? Ничего, не впервой. Взгляните на результаты всех предыдущих выборов: Украина каждый раз раскалывалась на Центро-Запад и Юго-Восток. И в 1994, когда нашими голосами Кучма победил «ихнего» Кравчука, и в 1999, когда Кучма, став «ихним», перевесил «левый» Юго-Восток, победив П.Симоненко, и на парламентских выборах-2002, когда Запад стал за «НУ», а Восток за КПУ. И когда, наконец, в Киеве поймут, что нельзя ломать через колено волю народа Донбасса, желающего жить в самоуправляющемся регионе, в федеративной Украине, в тесной связи с братской Россией и с официально узаконенным статусом русского языка? Напомним, что еще в марте 1994 Вседонбасский референдум по этим вопросам дал 90% «за». Народное волеизъявление никто не отменял и не может отменить. И сегодня, в условиях ползучего анти-конституционного переворота, осуществляемого «оранжевой» оппозицией по американскому сценарию, обкатанному в Белграде и Тбилиси, федерализация Украины является единственным выходом для Донбасса. Они хотят огородить нас колючей проволокой? Пусть так. А мы отгородимся от них с нашей стороны. Донбасс без Украины жил и проживет. А «незалежна» Украина пускай попробует прожить без мощной индустрии Юго-Востока, на декоративных гуцульских топориках – единственной продукции Галичины.
(2004)
Tags: ДКР, Донбасс, из архива, история Украины, контрпропаганда
Subscribe
promo yadocent december 27, 05:22 1
Buy for 80 tokens
Антон Конев . 21 апреля 2017, Хабаровск (убит 1 ФСБист и 1 посетитель) Михаил Жлобицкий. 31 октября 2018, Архангельск (3 раненых ФСБиста) Евгений Манюров 19 декабря 2019, Москва (убито 2 ФСБиста, 4 ранено)
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments